Так и кидаются от знака к знаку, которые специально для них и поставили, причем уже давно. У целого поколения нет никакой цели, им попросту некуда идти, нет философии, смысла, идеалов, к которым можно стремиться, вот они и ходят кругами. Все еще не понял, при чем здесь ты?
– Начинаю догадываться. Но неужели я должен стать этим идеалом и почему именно я?
– Ты не совсем прав, друг мой, я бы больше сказал – ты лукавишь, – Вязьман хитро прищурил глаз, – Ну, во первых, стоит понять, что ты ничего не должен, должен ты можешь быть деньги банку или соседу. И вовсе тебя никто не заставляет становиться идеалом, что за пошлость! Намажься еще позолотой и вскарабкайся на постамент, чтобы все на тебя глазели и преклонялись, неужели тебе хочется стать очередным бесполезным знаком-указателем на пути их движения?
– А что же тогда?
– Неужели не догадываешься? У тебя есть возможность стать проводником, направить этих несчастных на путь истинный, показать им дорогу и намекнуть, но лишь намекнуть на то, что они, возможно, заплутали. А люди потом сами поймут, догадаются, люди любят поразмыслить, если им дать волю. И знаешь, что они поймут? Именно то, чего не понимаешь пока ты! Что нужно перестать задавать себе вопрос – почему именно я, и сделать наконец уже что-нибудь. Но чтобы провернуть такое, нужно сделать самый сложный шаг – понять и принять себя, помириться с собой и уже потом действовать, сделать то, чего в свое время не получилось у меня…
– Неужели это так сложно? Ведь у тебя было время и, похоже, ты понял, что именно нужно делать, так в чем же здесь подвох? Если не получилось у тебя, почему должно получиться у меня?
– Да, я многое понял, но понял слишком поздно, к сожалению, на этом этапе времени немного, ты, похоже, не знаешь, но Путешественник на последнем этапе, как бы это помягче сказать, – перерождается.
– Как-то зловеще звучит. Я что, умру?
– Нет, это не совсем так. Подобрать слова к процессу Путешествий крайне сложно, но если за определенное время твое сознание не вернется в тело, то жизнедеятельность организма прекратится. А само сознание, как видишь, будет жить, но только в рамках Пути. Хотя, честно скажу – я здесь один и компания мне конечно, не повредит. – Он издевательски хмыкнул и поднял хорька вверх, – хотя теперь у меня есть он.
Арсений немного запаниковал от таких слов, Учитель не обмолвился ни словом о том, что может произойти, хотя старец и так был с прибабахом и от него можно было ожидать чего угодно, но такого предположить не мог даже он. Немного постояв, словно в ступоре, он наконец продолжил:
– И что же мне теперь делать? Ты поможешь мне?
– Да ты сам подумай, чем я теперь уже могу помочь? Да и помощника ты нашел непутевого, из того, кто смог этого сделать.






