Он управляет тобой, делая из твоей жизни и из тебя самого – Ничто!
– Арсения Товстолуцкого больше не существует, они сами тебе это сказали, ведь так? Ты такой же как все и не стоит рыпаться, – он засмеялся, – ГЕНИАЛЬНО! Разве тебя не удивило, что в этом мире никто не нападает на тебя, не смотрит подозрительно и не строит козней, чтобы ты не смог выполнить миссию? Они придумали хитрее. Сделают тебя частью системы, и со временем ты забудешь, кто ты и зачем здесь, но они не учли одного – что здесь есть я! Меня списали со счетов, думали, что я ассимилировался, ан нет, просчитались. Я помогу тебе, ты должен сделать то, что не смог сделать я в свое время, но об этом позже. Первые несколько дней препарат слишком силен, чтобы ты смог осознать все, что происходит. Так что наслаждайся абсолютным Ничто! Я найду тебя.
С этими словами он ушел, оставив Арсения с его мыслями, которые быстро угасли, опустив в омут бесконечности, позволив купаться во всеобъемлющем абсолюте пустоты.
На следующий день стало немного полегче, а к полудню даже пришел лысеющий санитар и отвязал Арсения от кровати. Пациента накормили, хотя есть совсем не хотелось, и выпустили в общий зал на прогулку. Общий зал уже точно походил на больницу, причем больницу с определенным направлением лечения заболеваний. Иначе говоря – психушку. Многие здешние «пациенты» просто сидели в кресле и смотрели в одну точку, но были и другие, кто ходил кругами или циклически врезался в стену с глупой улыбкой на лице.
– Кто это? – осилил спросить Арсений у сопровождавшего его санитара.
– Неудачные случаи, не обращай внимания. У каждого препарата есть побочные эффекты, но у тебя-то все хорошо прошло, завтра уже выпишут.
Никак не отреагировав на слова сопровождающего, Путешественник сел в кресло и стал смотреть в окно на улицу, так прошел весь день. Санитар не соврал, и на следующий день, покормив с утра больничным завтраком. Арсения отпустили, а одевшись в свои безупречно отглаженные вещи, он не без удовольствия обнаружил в кармане рубашки салфетку с номером телефона и подписью «Катя, аптека». Это была она, но бурный наплыв чувств, накрывший сразу с головой нашего героя, вдруг схлынул, как с берега уходит волна прибоя. Это было странно, но и об этом задумываться не хотелось.
При выходе из клиники каждому вручали инструкцию по поведению в новом обществе. Ничего особенно интересного там не было, но было два обязательных пункта. Первый – встать на биржу труда и второй – посетить выданное по каталогу жилище. Этим и предстояло заняться.
Биржа труда оказалась огромным зданием, выполненным в виде таблетки, к слову сказать, в этой части города все здания страдали этим, на каждом здании красовалась реклама той самой Таблетки.






