ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сказка о том, что бывает, когда женщина примеряет на себя роль мстителя. Вендетта Бронислава Антоновна Вонсович Глава 1 — Если бы была жива бабушка, она бы этого никогда не допустила! Это унизительно для чести нашей семьи! Да как вы можете говорить, да что там говорить, даже думать, о том, чтобы выдать меня замуж за человека, чей брат убил моего! Вы — трусливые предатели своего рода! — Франческа, ты забываешься, — холодно ответил граф Сангинетти. — Вопрос с многовековой враждой наших семейств должен был быть решен давно. К сожалению, моя мать слишком сильно усердствовала в воспитании в вас ненависти. Твой брат не погиб бы, если бы ему не пришло в голову напасть на Винченцо Санторо. — А что, он должен был трусливо смотреть, как мимо проходит кровник? Да, папа? Как это делаешь ты? — А нападать со спины — это, по-твоему, не трусливо? Санторо принял его за грабителя. — Это он так говорит. Он и его дружки. Если бы я была мужчиной, он бы за это заплатил. Но ничего, Альдо подрастет, и семейка Санторо лишится еще пары особей. — К тому времени, как подрастет Альдо, это будет уже и твоя семейка, — раздраженно сказал отец Франчески. — Ты выйдешь за Роберто Санторо замуж, даже если мне тебя в церковь в связанном виде тащить придется. — Тогда тебе придется мне еще рот заклеить, — зло ответила Ческа. — Иначе он сам на мне откажется жениться. Я не буду трусливо молчать и блеять, как это делаете вы. — Доченька, — вмешалась графиня, — папа совершенно прав. Уже никто и не помнит, из-за чего началась вражда между нашими семьями, но кто-то должен прекратить этот поток крови. Если ты думаешь, что мы не скорбим о Беннардо, — на этих словах голос графини прервался и она не смогла дальше говорить. — Свадьба через неделю, и этого уже ничего не изменит, — твердо сказал граф Сангинетти. — И я думаю, что наши будущие родственники с пониманием отнесутся к тому, что нев

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Лучше подумай, куда бы ты направилась на месте нашей дочери?

— В Магический университет, как я уже говорила, — вздохнула его жена. — Тем более, что она хотела туда поступать, но мы были против. Но ее там нет.

— Не переживай, Тереза. Тех денег, что у Чески с собой, на проживание в гостиницах надолго не хватит. Точную сумму я, конечно, назвать не могу, но, по моим представлениям, бегать от нас она сможет не больше, чем полгода.

— А если ей удастся найти какой-нибудь источник дохода?

— Ну-ну, — усмехнулся граф. — Не иначе как в кухарки пойдет или в горничные. Ты нашу дочь с половником в руке представляешь? Или с тряпкой? Вот и я нет. Побегает и вернется, никуда она не денется.

А объект их переживаний в этот момент все так же сладко спал в постели абсолютно постороннего мужчины, обнимая подушку и мирно посапывая в нее. И бегать ей абсолютно не хотелось, хотелось спать, спать и спать…

Братья Санторо обедали в харчевне, и старший размышлял на тему, как бы дать понять младшему, что Чино — девушка, причем, так, чтобы Роберто был убежден, что догадался сам, а старший брат ни о чем не подозревает.

— Хилый он какой-то, этот Франческо, — неожиданно сказал Санторо-младший. — Мы с ним и разминку до конца не закончили, а он уже совсем никакой был.

— Я же тебе говорил уменьшить нагрузку, — ответил ему брат, решив, что судьба сама подкидывает ему шанс. — Видно же, что большую часть упражнений он никогда не делал. Руки слабые, запястья тонкие, как у девушки.

— Да, как у девушки, — покачал головой Роберто. — Мне вот недавно в голову пришло, что если Чино в платье одеть, то из него такую красотку сделать можно. Грех этим не воспользоваться.

— Каким образом?

— Переодеть твоего ординарца в девушку и подшутить над кем-нибудь из твоих офицеров, — азартно предложил Роберто. — А то скучновато вы тут живете. От подъема до отбоя. Никакой романтики.

— Вряд ли Франческо согласится, — недовольно заметил Винченцо, поняв, что разговор зашел совсем не туда, куда он планировал.

— Он же твой подчиненный, так что ты можешь просто приказать ему.

— Изображать женщину не входит в обязанности моего ординарца, — возразил старший брат. — Так что он вполне может отказаться.

— Судя по всему, в обязанности твоего ординарца входит сон на твоей кровати, — ехидно заметил Роберто. — А в твои — разминание его затекших мышц. Ничего с ним не случится, если поучаствует в одном маленьком розыгрыше. Его ведь никто из твоих сослуживцев, кроме полковника, не видел. А мы можем выдать его за кузину со стороны матери, к примеру.

— Тино, поумерь свою страсть к розыгрышам. Я не буду заставлять своего ординарца носить женскую одежду, как бы он прекрасно в ней не выглядел.

— А зря, — задумчиво сказал младший брат.