ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Настало время провозгласить победительницу! Ту единственную, которой достанется сердце принца Максона и корона в придачу.Сначала их было тридцать пять. Тридцать пять девушек, борющихся за то, чтобы... Кира Касс Единственная Kiera Cass THE ONE Copyright © 2014 by Kiera Cass All rights reserved © И. Тетерина, перевод, 2014 © ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2014 Издательство АЗБУКА® * * * Каллауэю, мальчику, который взобрался в домик на дереве в моем сердце и позволил мне завладеть своим Глава 1 Мы в очередной раз корпели над премудростями этикета в Главном зале, когда в окна полетели кирпичи. Элиза немедленно бухнулась на пол и хныча поползла в сторону боковой двери. Селеста с пронзительным визгом бросилась вглубь зала, едва увернувшись от брызнувших во все стороны осколков стекла. Крисс схватила меня за локоть и потащила к выходу. – Быстрее, девушки! – закричала Сильвия. Не прошло и нескольких секунд, как гвардейцы уже рассредоточились вдоль окон и принялись отстреливаться. Грохот выстрелов отдавался у меня в ушах. Никого больше не интересовало, вооружены повстанцы камнями или ружьями. Отныне любой, кто отважится сунуться во дворец с воинственными намерениями, должен быть уничтожен. Выносить эти атаки больше не было сил. – Терпеть не могу бегать на каблуках, – буркнула Крисс. Подобрав пышные юбки, она сосредоточенно бежала вперед. – Одной из нас придется к этому привыкнуть, – заметила Селеста, хватая ртом воздух. Я закатила глаза: – Если это окажусь я, то буду каждый день носить кроссовки. С меня хватит. – Хватит болтать, бегите давайте! – прикрикнула Сильвия. – Как нам отсюда спуститься вниз? – спросила Элиза. – А что будет с Максоном? – выдохнула Крисс. Сильвия ничего не ответила. Мы спешили за ней по лабиринту коридоров, глядя на бегущих гвардейцев. Я поймала себя на том, что восхищаюсь ими. Какое мужество нужно иметь, чтобы бежать навстречу опасности ра

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я не представляла себе жизни, в которой не будет места Аспену. Даже сейчас, когда все мои чаяния были о том, чтобы Максон выбрал меня, мир без Аспена казался невообразимым.

– Сюда! – позвала Сильвия, нажимая на какую-то одну ей известную панель в стене.

Мы гуськом потянулись вниз по лестнице. Шествие возглавляли Элиза с Сильвией.

– Элиза, черт бы тебя побрал, ты что, не можешь передвигаться быстрее?! – рявкнула Селеста.

Я бы и хотела разозлиться на нее за такие слова, но понимала, что все наши мысли сейчас заняты одним и тем же.

Спускаясь по ступеням в непроглядную тьму, я пыталась смириться с мыслью о долгих часах, которые нам придется потратить впустую, забившись в убежище, точно мыши. Мы шли вперед, и наши шаги заглушали доносившиеся сверху крики, пока прямо позади нас не раздался мужской голос:

– Стойте!

Мы с Крисс как по команде обернулись и, вглядевшись в темноту, в конце концов различили гвардейскую форму.

– Погодите! – крикнула Крисс девушкам, которые шли впереди. – Это гвардеец.

Мы, тяжело дыша, остановились на ступенях. Наконец гвардеец нагнал нас. Он тоже запыхался.

– Прошу прощения, дамы. Повстанцы обратились в бегство, едва по ним открыли стрельбу. Видимо, были не в настроении драться. Можете возвращаться.

Сильвия оправила одежду и, как старшая, осведомилась:

– Это распоряжение короля? Если нет, вы подвергаете этих девушек серьезной опасности.

– Начальник охраны разрешил. Уверен, его величество…

– Вы не можете говорить от имени короля. Идемте дальше, девушки.

– Вы шутите? – изумилась я. – Чего ради нам туда спускаться?

Сильвия пригвоздила меня взглядом, способным на полном ходу остановить повстанца, и я прикусила язык. За то время, пока она, сама о том не подозревая, своими индивидуальными уроками помогала мне отвлечься от мыслей о Максоне и Аспене, у нас с ней завязалось некоторое подобие дружбы. Моя маленькая выходка в прямом эфире «Вестей» несколько дней назад, казалось, положила ей конец. Обернувшись к гвардейцу, она продолжила:

– Принесите официальный приказ от короля, и мы вернемся. Идемте, девушки.

На лице гвардейца отразилось точно такое же раздражение, как и на моем собственном. Мы двинулись в разные стороны.

Когда ровно через двадцать минут появился другой гвардеец с известием, что мы можем подняться обратно, Сильвия не выказала ни намека на раскаяние.

Это происшествие так вывело меня из себя, что я не стала дожидаться остальных. Взбежав по лестнице, я выбралась где-то на первом этаже и поспешила к себе в комнату. Туфли я по-прежнему держала в руках. Моих горничных нигде не было видно, но на постели я обнаружила серебряный поднос, на котором лежало письмо.

Я сразу же узнала почерк Мэй и, торопливо разорвав конверт, принялась жадно читать.