– Думаю, ты не ошибся с продажей этой технике немцам, но это все ширма, держало их тут другое. Пойдем, покажу.
Один из моряков освещая факелом путь вывел нас наружу, завал не трогали, боясь обрушения свода. Лосев, узнав о большом продовольственном складе, сразу же организовал его доставку на «Разящий», отрядив нам в охрану четверых моряков с мичманом во главе.
Прихватив с разрушенной базы других особистов и усиленный отряд из трех десятков моряков, мы углубились в тропический лес.
– Туда вел подземный ход, но его завалило, – извиняюще сказал Никифоров, перебираясь через покрытый мхом старый ствол.
Через полчаса мы вышли на холм, с которого открывался вид на высокую скалу в километре от нас, где находился зев пещеры и какие‑то деревянные конструкции на подобии лесов.
– Смотри‑ка не обманулся, по наитью ведь шел… Дайте бинокль, – требовательно протянул руку Никифоров.
Мичман дал ему бинокль, несколько секунд поизучав подножие пещеры, он передал мне бинокль.
– Вот что они тут прячут, – сказал он.
Я не вольно присвистнул, когда увидел, что там было. Могу ошибиться, но вросший в скалу серебристый диск очень напоминал летающую тарелку. Только не немецкую подделку, а настоящую.
– А что это за люди там суетятся? – спросил я, передавая бинокль Никифорову.
– Это немцы, – ответил он после изучения.
Остальные тоже успели изучить нечто у подножия скалы.
– Да они минируют тарелку, подорвать хотят, – воскликнул один из безопасников.
– Вперед! – прозвучала команда.
К сожалению, подозрение оправдалось, едва только мы углубились в лес, как нас подкинуло метра на два вверх, и раздался все поглощающий грохот. Некоторые деревья рушились от воздушной волны.
Когда мы привели себя в порядок и перевязали раненных, то увидели, как с грохотом обрушилась скала.
– Думаю, теперь мы вряд ли узнаем, что все‑таки там было, – со вздохом озвучил я.
Эпилог
Одна из правнучек, что полазала у меня под ногами роясь в белоснежном песке, встала и не отряхиваясь деловито сопя стала взбираться мне на колени. Со смехом подхватив ее, усадил, и поцеловал в лоб. Ксюша у меня была любимицей, хотя в принципе особо я не выделял ее. Внуки‑правнуки есть, я их всех любил.
– Деда расскажи сказку, – попросило это непосредственное трехлетнее чудо.
– Да‑а‑а! – хором попросили остальные правнуки и правнучки.
Сегодня был праздник, мой день рождения. Мне исполнилось девяносто два года. На дворе был две тысячи пятнадцатый год, и семьдесят один год счастливой семейной жизни.
Когда я заканчивал рассказывать сказку «Кошкин дом», которую рассказывал их мамам и бабушкам‑папам и дедушкам, на веранду нашей дачи вышла Аня.
– Пойдёмте кушать, все готово.
– Ольга приехала? – спросил я, ссаживая внучку с колен.






