Опомнившись, что молчание может стоить ей жизни, она выпалила:
– Да, конечно, господин Романович! Я много слышала о вас, вы редкий ценитель искусства… поэтому я все время помнила о вас и приглашала на свои выставки, только по каким-то неизвестным мне причинам, вы всегда отклоняли их!
Маргарита резко замолчала, добавить что-то еще она не решалась. На другой стороне провода тоже молчали, но тяжелый вздох и последовавшая за ним речь, снова «встряхнули» ее, словно ударили током.
– Госпожа Амелина, я очень сожалею, что так и не смог попасть на ваши выставки. Поэтому я и хотел лично пригласить вас ко мне на праздник, чтобы поближе познакомиться с творительницей чудесных полотен! В любом случае, я очень ценю ваши работы, и теперь я бы хотел познакомиться с вами… Итак, вы принимаете мое приглашение?
Голос Романовича, казалось, теперь звучал теплее. Но Маргарита чувствовала, что это ловушка, она не только знала это – она была в этом уверена. Но начатое надо было доводить до конца, и было бы бессмысленно отступать сейчас, когда ее цель оказалась совсем близка.
– Хорошо, господин Романович! Я обязательно приду!
В трубке послышался легкий смех, и Маргарита почувствовала холодок, пробежавший по спине.
– Я очень рад, – ответил мужчина, переставая улыбаться, – тогда жду вас в следующую пятницу в семь часов вечера! Вам доставят приглашение прямо домой.
Короткая пауза закончилась теплой фразой, но Маргариту уже сильно трясло.
– Я буду счастлив, наконец, познакомиться с вами.
– Я тоже, до встречи, господин Романович! – буркнула Маргарита в ответ.
– До встречи, госпожа Амелина.
«Я тоже буду очень счастлива, ведь я так долго тебя искала», – добавила она про себя, повесив трубку и опустившись на мягкий стул. Слезы начали медленно орошать ее лицо.
«Скоро месть свершится, – подумала она, – но это может стоить мне жизни…».
Маргарита почти не замечала постоянного присутствия своей подруги в эти дни. Погруженная в план действий, она даже не догадывалась, что Лизка так драматично воспринимала происходящее.
– Может быть, ты все-таки передумаешь туда идти?
Подруга присела на край огромного, покрытого дорогой тканью, дивана. Как никогда прежде, она чувствовала необыкновенную физическую усталость. Ее волосы потеряли прежний блеск, на легкий макияж не было времени. Вот уже несколько дней она потратила на бесполезные уговоры своей подруги отказаться от встречи с Романовичем, но та не хотела ничего слышать.
Лизка не обижалась, она просто злилась, и чувство беспомощности держало ее во власти безысходности. Она понимала, что Маргарита находилась в каком-то странном состоянии «ступора», которое толкало ее на безумные поступки.
Лизка недоумевала, что было причиной действий Маргариты на самом деле.






