ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Чайка Дмитрий Евгеньевич Эксперимент (НЕ)ПРЕДСКАЗУЕМЫЙ ЭКСПЕРИМЕНТ Боже, как давно это было! Что будет, если детям позволить самим строить свой мир и писать его правила? Будут ли они гордиться теми же достижениями? Совершать те же ошибки? Строить и водить свою технику так же как мы? Ответа не знает никто, ведь никто не пытался провести этот эксперимент. Вот только я его помню... -- Юрий Владимирович, ты уверен в безопасности детей? Андропов кивнул: -- Абсолютно. Если экспериментатору не пытаться записать знания и воспоминания другого, то побочных эффектов нет. Генеральный задумался. Шёл 1977 год. Казалось, страна на подъёме: в космосе "Салют-5", на Северном полюсе побывала "Арктика", на конвейер встала новая модель ВАЗа - "Нива"... Но в Политбюро знали и про другое. Про то что даже в "золотую" косыгинскую пятилетку на импорт зерна уходили десятки тонн золота и что теперь с каждым годом всё больше. Пришло время взять новый курс. Генеральный однажды в сердцах пошутил, мол, Советский Союз - это словно тягач и пятнадцать прицепов. Любой поворот его должен быть плавным, заранее тщательно подготовленным зная куда поворачивать, как и зачем. "Молодёжь, - сказал он, - я боюсь, повернёт слишком резко, при этом страну разорвёт на клочки... к-хм... Зачем поворачивать, всем тут понятно. Как - не нас кому-то учить. Вопрос только куда." Дело, решили, для лучших умов, но в рекордно короткие сроки всё дело закончилось противоборством их "школ" без малейших намёков на пользу. Нужны были свежие головы, но и студенты, и кандидаты, и доктора наук страшно боялись пойти против "школ": даже когда главные "школьники" утверждают полную чушь, замечать это - значит идти против Истины. А тебе ещё

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

нет, он взвёл автомат: издеваясь, движением пальца!

Механик смотрел, как противник решает проблему: его авангард безнадёжно залёг; остальные стоят как мишени, в строю, по десятку (десяток долдонов по имени "рота"). Его пулемёты - станковые, явно тяжёлые - могут стрелять и "с бедра", но поднять эту дуру к плечу... Пулемётчик один на десятку (при нём ещё двое "носильщиков"), у остальных - "винтари" со скользящим затвором...

Механик опять посмотрел на часы: "да когда же они догадаются? Восемь минут! Где же танки?"

И только сейчас за спиной нападающих, вызвав в колоннах восторг, появилась ударная сила.

-- Знакомые формы, - ехидно послал он в эфир.

-- А ты хотел танк Менделеева?

-- Танк Менделеева - САУ, а танк... ну нельзя его так масштабировать! Нужно ведь...

Пальцы раскрыли блокнот.

-- Торможу головной!

"Пушкарь-оператор" зажал рукоять, и гашетка под пальцем "просела". Ладони вспотели: большая возможность - большая ответственность, этим снарядом "промазать" нельзя! Он почти не дышал: в чёрно-белом экране он целил в каток, но попасть по броне не имел ни малейшего права. И сам не заметил, как...

-- Бусф!

Мгновением позже машину качнуло: пушка отъехала добрых полметра, и только потом начала замедляться. Откат-накат занял секунду, но в первый момент ничего не мешало откату: "лафетная схема", для кучности.

Танк наступал, возглавляя колонну. Наводчик высматривал цель, когда мощный удар саданул его лбом об орудие. Танк повернулся и замер.

-- Гусеницу перебили, гады! - воскликнул механик-водитель, - Пойду, починю!

Прогремел открываемый люк...

-- Ммм... Я обо что-то ударился: кровь... - вылезая, механик-водитель сказал ещё что-то, но из-за брони, через грохот мотора наводчик его не расслышал.

Солдаты попадали в траву. "Если тут ДОТ, это плохо", - услышал солдат, и подумал: "да вряд ли: их было бы несколько".

Танк надвигался на вставшего лидера. "Жуткий удар, разметавший катки... попал бы по корпусу - в танке никто бы не выжил!" Механик-водитель смотрел на корму кособоко стоящего лидера. Ехал в неё - и смотрел... Вдруг, опомнившись, дёрнул рычаг. Рычаг не поддался, отдав в руку дробью попавших "не в зуб" шестерёнок. Механик-водитель налёг, и со страшным ударом рычаг "провалился": машина осталась без привода.

-- Быстро орудия к бою! Пока эта пушка стреляет, мы все тут мишени!

Солдаты задвигались: кто отцеплял дышла пушек от "великов"-передков, кто бежал за снарядами... Вдруг люди замерли: там, у противника, взвыли моторы.

До первой строки была пара секунд. Астроном плавно выжал сцепление, свёл рычаги и толкнул их вперёд: "первая-первая", та же привычно-ружейная чёткость, но вместо "трик-трак" он услышал короткий отчётливый "шпок!".

We're leaving together...

Машины поехали. Разом.

"Каждый воин, знай свой манёвр!" - говорил Суворов. Но знать только свой в современном бою недостаточно.