Аот подумал, что не мешало бы ей намекнуть, что горы падали, как бы велики они ни были, не представляют угрозы для Тазарской крепости, но затем решил, что ей будет полезно лично в этом убедиться.
Он все ещё размышлял над этим, когда заметил шаркающую и спотыкающуюся толпу нежити прямо под ними. Возможно, их укрывало какое-то заклинание, раз ни грифониха, ни её всадник не заметили их раньше. Отряд возглавляли горбатые и иссохшие гули, впалые глаза их горели мрачным огнем. За ними следовали скелеты, вооруженные копьями и луками, и разваливающиеся, шатающиеся трупы с топорами. Дрожащие полупрозрачные фигуры плавали меж рядов этой чудовищной орды — некоторые из них сияли в лунном свете, подобно туману, другие представляли собой чернильно-черные тени, почти неразличимые в темноте.
Аот в замешательстве уставился на это зрелище. Как гоблины или кобольды, мертвые твари иногда спускались с гор на дорогу, но в худшем случае их бывало пять или шесть за раз. А тут находилось множество — возможно, целые сотни мерзких существ, которые шли вниз, объединенные одной целью, прямо как армия на марше.
— Поворачивай, — приказал маг. — Мы должны предупредить людей в крепости.
— Да неужели? — ехидно ответила Яркокрылая, — Может, ты меня просто разыгрываешь?
Подняв одно крыло, она опустила второе и уже начала поворачиваться, когда на её пути что-то вспыхнуло — искра тьмы, видимая даже через ночной сумрак.
Аот больше почувствовал, чем увидел надвигающуюся угрозу.
— В сторону! — крикнул он, и Яркокрылая резко повернула.
Но этой заостренной полосе тени, ударившей откуда-то с земли, все же удалось её задеть. Если бы враг преуспел в своем намерении, им бы не поздоровилось, но даже в этом случае грифониха, завопив, забилась в конвульсиях и резко потеряла высоту. К счастью, ей почти мгновенно удалось вновь расправить крылья и прекратить падение.
— Ты как, цела? — спросил Аот.
— А ты как думаешь? Больно, но летать могу. Что это было?
— Полагаю, одно из этих созданий было при жизни волшебником и все ещё помнит кое-что из магических трюков. Шевелись, пока оно не выстрелило ещё раз.
— Хорошо.
Яркокрылая развернулась и выругалась. Обрывки непонятной материи плыли за ней по ветру, словно воздушные змеи. Все ещё использовавший чувства своего фамильяра Аот заметил вкрадчивость их движений и уловил исходящий от них запах тления. Хоть наездник никогда раньше не сталкивался ни с чем подобным, он предположил, что это тоже была нежить — мертвые куски кожи, которые воспользовались моментной слабостью Яркокрылой, чтобы взмыть в воздух и перекрыть им путь к замку.
Эти твари взвились в воздух, подобно стае голодных акул. Яркокрылая повернула, пытаясь избежать их объединенной атаки. Взмахнув копьем, Аот выпалил заклинание.






