ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Тетралогия «Поступь империи» в одном томе.1707 год только начался, русские войска бьются со шведами, гибнут, убивают, защищают свое Отечество. Многое в Русском царстве непонятно, неясно, даже страш... Поступь империи. Первые шаги Кто к Знамени присягал единожды, тот у оного и до смерти стоять должен!" Петр I Пролог Пробуждение Иван Пестерев. Бум! Бум! Бум! Грохот сотрясал и нарастал, с каждым мгновением изменяясь, но никак не прекращаясь. Утробно хриплый звон переходил в немилосердный рев, подавляющий все мысли, и раскалывающий от напряжения череп. Словно огромное цунами, уничтожая все на своем пути, оно неслось, почти полностью поглощая сознание, и лишь ненадолго ослабевало, давая столь нужную мне мимолетную передышку. Что это? Никто не мог дать мне ответа, откуда взялся этот грохот? Вокруг тьма, ничего не понимаю, ничего не могу сделать, не могу прекратить эти взрывы-удары, сыплющиеся на меня отовсюду. Не знаю, проходят ли минуты, или целая вечность до краев заполненная почти непереносимой мукой, но постепенно удары ослабевают. Уши больше не чувствуют того напряжения, когда последние силы отдаются на то, чтобы не упасть за грань безумия. Еще миг и ты навсегда оглохнешь. Внезапно упала водопадом тишина, поглощая абсолютно все, только в ушах щелкает, как от перемены давления. «Это только сон!– мелькнуло радостно на краю измученного сознания». Но нет, я прекрасно чувствую, что лежу на чем-то мягком и удобном. Не ощущаю тела – оно ноет, словно совсем недавно до полного изнеможения тягал гири и бегал бесконечный кросс. И темень, кромешная темень вокруг! Что это такое? Глаза упорно не желают открываться, словно им что-то мешает это сделать. Делаю попытку пошевелить головой, но вместо ожидаемого движения чувствую, как на меня накатывает давящая боль, с каждой секундой усиливаясь и даже не думая о том, чтобы пройти. Виски раскалывается от невидимых тисков, не желающих отпус

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Габсбурги казалось, забыли о тлеющем костре войны с Испанией, император намеревался воспользоваться моментом и, наконец, уничтожить одним ударом славянскую угрозу. Только высшие венские сановники могли знать о том, что в венгерских областях империи и их восточных соседях уже не первый год идет брожение в людских умах. Славянские народы, задыхавшиеся от гнета австрийских аристократов, видели в набирающей мощь России единственное спасение. Ничто так не способствует поднятию духа, как победы, не важно где: на земле, в кулуарах или на море. Сила всегда остается…

И все-таки Филипп Испанский, смог выжать максимум из сложившейся ситуации. Ведь Габсбурги, получившие желанные земли, сразу вывели войска с земель союзников, отозвали куцые флоты для защиты значительно увеличившегося побережья. Голландия, вдруг прекратила атаки на испанские суда. Мало кто знал, кто способствовал внезапному примирению недавних заклятых противников. Имя ему – Андрей Артамонович Матвеев. Именно он занимался тем, чтобы Швеции в свое временя не оказывали помощь ни Англия, ни Голландия.

Обладая недюжими дипломатическими способностями, и кипучей энергией Андрей Артамонович, начал претворять в жизнь замысел государя о выведении Голландии из войны за Испанское наследство с территориальным прибытком в обмен на сепаратный мирный договор. Нельзя сказать, что подобная идея пришлась по душе испанскому послу в Москве. Однако князь Челлемаре, опытный царедворец и политик, он смог правильно оценить задумку Алексея Второго и почти сразу отправил курьера к своему сюзерену. Ответ пришел довольно быстро – через два месяца. Филипп согласился с тем, чтобы признать за Штатами Испанские земли в обмен на мир.

Таким образом, Испания, брошенная французами против превосходящих врагов, постепенно выправляла ситуацию с пользой для себя: уже отбит Гибралтар, потеснили союзных туманному Альбиону португальцев, а десант английской эскадры умылся кровами слезами, не сумев закрепиться на западном побережье.

Стоящее на краю гибели королевство сумело избежать полного краха, и вот по прошествии пары лет первый министр Филиппа Испанского – Джулио Альбирони с блеском заключил мирный договор с Англией. Пусть по нему Испания потеряла ряд колоний, но главное ей удалось сохранить основной резерв богатств и людей. Флот и армия без лишней спешки формировались заново. Королевство, пережившее голод и разруху вставало из пепла гибельного разорения обновленным, но еще недостаточно сильным для противостояния нескольким державам одновременно. Шаткий мир с морскими властителями оказался как нельзя кстати.