— Господи, — сказал Гарри, — а ты не против? Жить вот так, без удобств, терпеть лишения? А? Я хочу сказать, жить в деревне?
— Я там родилась, — сказала она и засмеялась. — Ты забыл? Я жила в деревне. Ничего страшного. Даже есть свои преимущества. Я бы хотела пожить там. А вот как тебе понравится… Не знаю, Гарри. Если бы только тебе пришлось по душе…
Она не отрывала от него глаз. Теперь она была совершенно серьезна. В последнее время он часто замечал, как она серьезно и пристально следит за ним глазами.
— Ты не пожалеешь? Что все здесь бросила? — спросил он.
— Не так уж много придется здесь бросить, верно, Гарри? — пожала она плечами. — Но я не хочу тебя уговаривать.
— А твои картины? Ты сможешь там писать?
— Я могу писать везде, какая разница? Да там недалеко Беллингем и колледж. Да и Сиэтл и Ванкувер тоже рядом. — Она все смотрела на него. Села перед неоконченной картиной — размытые силуэты, мужчина и женщина, словно тени на холсте — и катала в ладонях две отмытые от красок кисти, взад-вперед, взад-вперед.
Это было три месяца назад. Обсуждали, обсуждали и вот — приехали.
Он постучал костяшками пальцев по стене рядом с входной дверью:
— Прочно. Прочный фундамент. Главное в жизни — прочный фундамент.
Он избегал ее взгляда. Она была умна и наблюдательна и могла прочесть его мысли по глазам.
— Я ведь тебе говорила, не следует ждать слишком многого, — сказала она.
— Да, конечно. Я хорошо это помню. Четко, — ответил он, по-прежнему не поднимая глаз. Снова постучал по некрашеной доске и подошел поближе, туда, где стояла Эмили. Рукава его рубашки были закатаны — так прохладней; белые джинсы, легкие сандалии на ногах. — Как здесь тихо, ты заметила?
— Да, совсем не так, как в городе.
— Господи, да конечно же! И довольно красиво: холмы… — Он попытался улыбнуться. — Конечно, тут есть над чем поработать. Немного. Можно все это привести в порядок, если захотим остаться. Будет совсем неплохо. Ну и не приходится опасаться, что нас часто станут беспокоить соседи.
— У нас были соседи, когда я жила здесь девчонкой. В гости ездили на машине, но все же это были соседи.
Открыли дверь, она косо повисла на одной петле, верхняя отошла. Не так страшно, решил Гарри. Очень медленно они переходили из одной комнаты в другую. Он старался как-то скрыть свое разочарование. Пару раз снова постучал по стене и произнес:
— Прочно! — Потом: — Теперь уже домов так не строят. Из него игрушку можно сделать.
Она остановилась в дверях большой комнаты и вздохнула, как всхлипнула.
— Твоя?
Она отрицательно покачала головой.
— А мы сможем взять нужную нам мебель у твоей тетушки Элси?
— Все что понадобится. Конечно, если это нужно — нам здесь остаться. Если мы этого хотим. Не хочу подталкивать тебя к решению, каким бы оно ни было. Еще не поздно вернуться.






