Оранжевый плавно сменяется розовым, голубые блики темнеют до цвета пурпура, и от этого вида, не омраченного пиками возвышающихся небоскребов и запутанной сетью шоссе, буквально дух захватывает. «Оазис» находится вдали от цивилизации, папарацци, дизайнерских штучек и реалити-шоу.
Сейчас моя любимая часть дня. Палящее солнце пустыни опускается под действием силы тяжести, скрываясь за вершинами гор и вереницей высохших кактусов. В этот момент даже самые беспокойные души обретают комфорт и покой.
Пересекая внутренний двор, вхожу в гостевой домик. Я являюсь собственником всего этого имущества, но я не сплю в главном доме. Есть уровень конфиденциальности и профессионализма, который мне нужно поддерживать. И окажись я взаперти вместе с одиннадцатью женщинами, последствия могут быть…непредсказуемыми. Мой бизнес - это секс. Я обучаю сексу. Я живу сексом. Я дышу сексом. И я нуждаюсь в нем точно так же, как их двуличные мужья.
Только благодаря своей политике «Не гадь там, где ешь», мне удается продержаться без секса все шесть недель, что длится обучение. Я утоляю свой сексуальный аппетит между четырьмя курсами, которые принимаю у себя ежегодно. Но даже тогда я крайне осторожен. Моя сфера деятельности накладывает определённый отпечаток на то, что мне можно, а что нельзя.
Смыв в душе свое раздражение, я переодеваюсь и иду в столовую на ужин. Одна за другой мои дамы молча занимают свои места, рассаживаясь вокруг обеденного стола. Все они еще здесь. Одиннадцать женщин, отчаянно желающих воссоединится с мужчинами, с которыми они надеются провести всю оставшуюся жизнь. С мужчинами, которые уверяли, что сделают все возможное в обмен на их верность и преданность. С мужчинами, которые нарушили свои клятвы, чтобы потешить собственное эго и удовлетворить свои нездоровые сексуальные потребности.
Первое блюдо подается под аккомпанемент всеобщей тишины. Вряд ли кто-то дотронется до фуа-гра, изысканно украшенной яблоками, томлеными в винном соусе. Не слышно даже скрежета столового серебра о фарфор.
Сидя во главе стола, я медленно пережевываю свой ужин и рассматриваю одиннадцать женщин, демонстрирующих безупречные манеры. Они все отчаянно избегают зрительного контакта и делают вид, что поглощены пережевыванием салата, запивая его вином.
- Итак… - начинаю я, привлекая всеобщее внимание. - Когда последний раз каждая из вас мастурбировала?
Симфония охов, вздохов и покашливаний заставляет мои губы растянуться в довольной усмешке. Похоже, будет весело.
- Простите? - переспрашивает одна из них, пригубив свое красное вино. Официант наклоняется, чтобы наполнить ее бокал терпкой жидкостью и прибавить ей немного мужества, которое ей скоро понадобится.






