ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Нью-йоркский полицейский Майк Марсден, авантюрист по натуре, долгие годы играл со смертью, работая под прикрытием, однако вынужден на время вернуться в тихий родной городок, чтобы занять пост шериф... Идеальное совпадение Карли Филлипс Глава 1 Подъезжая к дому своего детства, Майк Марсден думал о том, что тот слишком уж идеален. Он приехал как раз к ужину, как делал это каждое воскресенье с тех пор, как месяц назад вернулся в свой родной городок Серендипити в штате Нью-Йорк. Воскресная вечерняя трапеза в доме родителей была обязательной для всех членов семьи, включая троих детей. Никто не смел сказать «нет» Элле Марсден, матери семейства. Поскольку Майка не было дома добрых шесть лет, она особенно радовалась присутствию старшего сына на традиционных воскресных семейных ужинах, хотя тот испытывал от этого некоторую неловкость. Сунув руки в карманы кожаной куртки, Майк бросил взгляд на обшитый белой вагонкой дом с синей отделкой на фронтоне и такими же ставнями. Небольшой, двухэтажный, в отличном состоянии, он стоял на жилой улице и выглядел снаружи таким же идеальным, каким был изнутри. Точно таким же он был и тогда, несколько лет назад, когда Майк уезжал в Атлантик-Сити. Может, именно поэтому он испытывал сейчас смутное беспокойство? Сама идея совершенства лишала его покоя. Так было всегда. Несмотря на желание угодить родителям, Майк был из тех детей, которые постоянно испытывают родительское терпение. Его учителя называли это проблемой управления собственными импульсивными желаниями, Майк же во всем винил дурную наследственность. Он не мог долго задерживаться где-нибудь или на чем-то одном, будь то родной городок, отношения с людьми либо монотонная работа. Саймон Марсден, вырастивший его приемный отец, служил начальником полиции Серендипити. Сэм, брат Майка, пошел по стопам отца, став полицейским. Их сестра Эрин работала помощником окружного прокурора. А Майк? Ему нр

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Его и пушкой не разбудишь.

– Это потому, что я только что дала ему обезболивающее, – пояснила Элла. – У него так болела спина…

Майка охватила тревога, но он тут же погасил ее. Отец сильный, он выдержит, непременно выздоровеет.

– Что за торт ты принесла? – обратился он к сестре.

– Бисквитный, папин любимый.

Ну конечно, Эрин всегда была хорошей девочкой и все делала правильно без всяких просьб и напоминаний. Майк же едва мог запомнить, где и когда он должен быть, что уж тут говорить о том, чтобы принести что-нибудь с собой.

Эрин поставила белую кондитерскую коробку на стол.

– Здравствуй, мамочка! – Она поцеловала Эллу в щеку. – Здравствуй, старший брат! – Она улыбнулась и крепко обняла Майка.

– Привет, козявка!

– А ты салага! – Она весело ткнула его локтем в бок.

– Соплячка!

– Хватит! – властно скомандовала Элла, словно они были не в меру расшалившимися детьми, и Эрин расхохоталась.

– Так легко снова впасть в детство! – смеясь, покачала она головой.

Эрин была похожа на обоих своих родителей. Золотисто-каштановые волосы с рыжеватым отливом она унаследовала от матери, теплые карие глаза, в которых сейчас плясали искорки смеха, – от отца.

– А где же Сэм? – поинтересовалась она.

– Твой брат еще не приехал, – ответила Элла, хмуро глядя на часы. – Он опаздывает. Это на него не похоже. Может, задержался на службе?

Она вопросительно посмотрела на Майка, поскольку теперь он был начальником полиции, а значит, боссом своего брата.

– Сегодня у него выходной, насколько мне известно. Впрочем, он мог с кем-нибудь поменяться сменами.

– Ладно, посидим здесь, подождем его. Пусть ваш отец еще немного поспит, – сказала Элла и жестом пригласила всех сесть за кухонный стол. Каждый занял свое, привычное с детства место.

– Как здоровье отца? – спросила Эрин. – Ты что-то сказала про боль в спине.

– Да, – кивнула Элла. – Доктор сказал, можно начать лучевую терапию уже на следующей неделе, не дожидаясь более позднего намеченного срока. Она должна уменьшить опухоль и ослабить приступы боли. Впрочем, ваш отец стойко переносит химиотерапию. Его воля к жизни поразительна.

В ее голосе прозвучала искренняя гордость за Саймона.

– А как твое самочувствие? – мягко спросил Майк, касаясь руки матери.

– Я отлично себя чувствую, – отмахнулась она от сына. – И ничем не больна.

Майк бросил на сестру красноречивый взгляд. Их мама вела себя как суперженщина, самостоятельно справляясь со всеми трудностями и ни на что не жалуясь. Само совершенство, подумал Майк. Однако он знал наверняка, что она сильно устала. Он открыл было рот, чтобы возразить ей и сказать, что и она нуждается в отдыхе, но Эрин многозначительно покачала головой, давая понять, что не следует этого делать.