А затем Мэдисон приложил руку девушки к своей пульсирующей от желания плоти.
— Извини, дорогая, — прошептал он, — но я не в силах больше терпеть.
— Я тоже, — тихо ответила Слоун.
Их волшебное слияние было быстрым и чувственным, и, кажется, всего через одно короткое мгновение они оказались на вершине блаженства….
— Ты чувствуешь, как я люблю тебя, Слоун? — проговорил Картер, когда они стали постепенно возвращаться в реальный мир. — Это случилось в то самое мгновение, как мы встретились. Теперь-то я понял, как мне всегда не хватало тебя. Слоун, милая, любимая Слоун, помоги мне обрести себя самого!
Слоун свернулась клубочком между ног Картера, положив голову ему на живот. Ее распущенные волосы накрывали его золотисто-русым шатром, и Мэдисон лениво перебирал их.
Они отдыхали после бурных любовных утех. Не раз и не два вихрь страсти уносил их в другое измерение.
— Картер, — продолжила Слоун недавно начатый разговор, — а ты точно ничего не преувеличил лишь для того, чтобы успокоить меня?
— Честное слово. Именно Алисия захотела поговорить со мной перед церемонией бракосочетания. Мы были в доме ее родителей. Уже собирались гости. Дэвид и Адам были до блеска отмыты, и к ним приставили няньку, чтобы они не успели перемазаться чем-нибудь к самому торжественному моменту. Когда я уже надевал парадный костюм, в мою комнату постучала Алисия.
— Ты хочешь сказать, что был не одет, когда она вошла? — с подозрением, но улыбаясь, спросила Слоун.
Схватив ее за волосы, Мэдисон легонько приподнял голову девушки.
— Нет, к тому мгновению, когда она вошла, я уже успел одеться.
— Я просто проверяю тебя, — прошептала Слоун, целуя его пупок. — Мне придется глаз не сводить с мужа, имеющего привычку вскрывать замки и уходить, когда ему заблагорассудится.
— Угу, — промычал Картер, — больше всего мне, однако, нравится не уходить, а…
— …входить, — договорила за него девушка. — Ах ты, бесстыдник! — шутливо воскликнула она. — Ну и что было дальше?
— Хорошо. Так вот. Алисия уселась на кровать и немедленно залилась слезами. Она призналась мне в ужасном, как она выразилась, проступке, и я почувствовал себя отвратительным лицемером.
— Ты себе не представляешь, как я себя чувствовала, когда Алисия рассказывала мне всю эту историю, добавив при этом, что такая строгая и порядочная женщина, как я, в жизни бы так не поступила. А я-то! Спала тут с ее собственным женихом! Ну почему все так переплелось?!
— Мы просто полюбили друг друга. Никто, ни один из нас, не предполагал, что такое может случиться. — Он погладил ее затылок. — А потом Алисия стала говорить мне, каким отличным отцом я мог бы стать для ее сыновей, какие надежды на меня возлагали ее родители, как меня любил и уважал Джим. Мочки твоих ушей напоминают бархатные лепестки.






