Соня остановилась, и Ричард протестующе застонал.
— Проси пощады, — потребовала она сквозь зубы.
— Никогда! — возмущенно ответил он.
— Ладно, — она улыбнулась, соскочила с кровати и ушла.
Ричард завопил бы и начал бы трясти кровать, если бы ему позволила гордость. Сони не было примерно двадцать минут, и за это время его возбуждение более или менее улеглось. Но когда он увидел, что она принесла целый поднос колотого льда, то, что улеглось, снова восстало.
— Не-е-ет, — промычал он.
— Как это нет? — невинным голосом поинтересовалась Соня. — Ты ведь не знаешь, что я собираюсь делать.
Но он знал, потому что сам делал это вчера. Прикладывал кубики льда к ее соскам. И к другим местам тоже. Соня улыбнулась, взяла кубик в рот и снова забралась на кровать.
Ричард заскрипел зубами, пытаясь не закричать, но чувства захлестывали его целиком, готовые выплеснуться наружу, их невозможно было сдержать. Ласки со льдом ему пришлось пережить в первый раз, а это оказалось то еще испытание. После начального шока эрекция спала, но ненадолго. Лед растаял, а Соня не прекращала своих усилий. Она продолжала делать то, что, как ей прекрасно было известно, нравилось Ричарду больше всего, и все ближе и ближе подводила его к оргазму.
Он не мог поверить, что она сделала это снова: опять прервалась в самый последний момент.
Ричард выругался. И не один раз. Соня состроила невинную гримасу и изумленно уставилась на него.
— Как не стыдно говорить такие слова при дамах! Неужели тебе не нравится? Я-то была в восторге, когда ты мне это устраивал. Теперь я поучу тебя ждать. Поверь, это окупится в самом конце…
— Не могу больше, — признался Ричард, ужаснувшись, что, если она продолжит в том же духе, он не просто взмолится о пощаде. Он потеряет самоуважение.
— Ну вот, надо было просто сказать, — пожала плечами Соня. — Я бы ничего не сделала, если бы знала, что тебе это не нравится. Может быть, ты хочешь, чтобы я тебя развязала?
Хотел ли он этого?
— Нет, — признался Ричард. Он никогда еще не был настолько взволнован, настолько возбужден, как сейчас. — Пока нет. Но, пожалуйста, Соня. Просто люби меня. По-настоящему.
— Любить?..
Соня отшатнулась. За прошедшую неделю никто из них не произносил этого слова. Предательское тепло стало горячей волной подниматься внизу живота, и Соня поспешно напомнила себе, что это всего лишь слова, к тому же произнесенные мужчиной. А мужчины часто говорят «люби меня» вместо «трахни меня». Разве хоть один мужчина знает, что такое заниматься любовью? Это был только секс. И все.
Так в чем же дело? Если он желает называть это любовью, она не против. Пусть, черт возьми, говорит, что ему заблагорассудится. Устраивать скандал из-за одной глупой фразы? Ну уж нет.






