Если бы ты слышала, в каких выражениях он мне ответил!
И все это на людях… А с тобой все в порядке? — озабоченно спросила она.
— Все отлично, — солгала Соня.
— Слушай, тут такое дело… Я была так потрясена поступком Форреста, что не могла удержаться и говорила только об этом. Ну, в общем, при Лонге сказала, как ты, должно быть, расстроена, и тут у него на лице появилась такая улыбочка… Подозрительная, одним словом. Когда я спросила его, в чем, собственно, дело, он заявил, что ты нашла кое-кого получше, чем Форрест, и если, мол, он понимает хоть немного в жизни и в любви, ты вернешься на работу очень довольная. Я надавила на него посильнее и вытянула имя этого принца на белом коне. Это Ричард Винсент?
— По-твоему, Ричард Винсент похож на принца? — грустно поинтересовалась Соня.
— Так это правда? — снова изумилась Ирен. — У тебя с ним роман?
— Не роман, — махнула рукой Соня. — Так, скорее, повестушка. Ничего серьезного.
«Если не считать того, что мое сердце разрывается на части», — добавила девушка про себя.
— Ты уверена? Лонг считает, что Ричард настроен весьма серьезно.
Сердце Сони подпрыгнуло и упало. Но всего на секунду.
— Лонг — романтик. Все геи — неисправимые романтики.
— А ты нет? — усмехнулась Ирен.
— Уже нет. Любую романтичную девушку можно превратить в циника, показав ей, как грудастая блондинка делает минет ее жениху.
— Ох. Это жалко.
Соня опешила.
— Что значит — жалко? Разве не ты говорила мне, что я не знаю жизни, что я витаю в облаках и вообще чересчур романтично воспринимаю отношения с мужчиной?
Ирен виновато вздохнула.
— Наверняка говорила, когда речь шла о Форресте. Но Ричард Винсент! Этот достоин романтического отношения. Ужасно сексуальный парень. И вовсе не такой жестокосердный, каким его изображали газеты.
— Не такой? — удивилась Соня.
— Слушай, я, конечно, не настолько хорошо его знаю, но у них с Лонгом один адвокат, а этот адвокат когда-то был любовником Макса… Поэтому я осведомлена о процессе, в который вляпался Ричард. У меня нюх на прирожденных стерв — без этого в нашей работе не проживешь. Так вот, в той девице, что затащила Ричарда в суд, я ее опознала безошибочно. Она невероятно нечистоплотна и непорядочна, но притом — умная лгунья. А Ричард, наоборот, был непростительно честен, отказался соврать даже в мелочи со скамьи подсудимых и признался, что переспал с ней. А затем очень глупо добавил, что всего один раз. Никто в зале суда ему конечно же не поверил, кроме Лонга.
— А Лонг, можно подумать, поверил, что это правда, — фыркнула Соня.
— Да, представь себе. Кто-кто, а Лонг хорошо знает мужчин.
— Хм.
— Я не буду тебя спрашивать, насколько Ричард хорош в постели. Я очень рада узнать, что ты вовсе не рыдаешь по Форресту. Хотя жаль, что между тобой и Ричардом ничего серьезного.






