ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Что делать, если вы стали пешкой в игре высших сил, и вас без спросу и вашего на т о желания переносят в иной мир? Вариантов много, но я выбрала свой путь: подружилась с этими самыми силами и решила п... Ася Франциска Вудворт ГЛАВА 1 Тишину ночи нарушало сосредоточенное бормотание. Среди руин храма, на площадке перед алтарем, мужчина вычерчивал вокруг пентаграммы руны, сверяясь со свитком. — Так, это сюда… вроде верно… готово! Уверен, теперь все получится, — бормотал он. Он встал и углубился в свиток, а потом перевел взгляд на результат своих трудов и остался доволен. Душу заполнило предвкушение. Не зря он потратил столько времени в библиотеке друга и нашел, что искал! Его Мариса перед обручением сбежала с этим подлым крысоедом Торренсом. Глупышка! Все девушки нервничают, перед тем как сделать столь важный шаг в жизни, он бы понял её мимолетное увлечение и простил. Но сбегать-то зачем?! К тому же Торренс его давний соперник и не единожды они пересекались, он просто захотел отомстить ему и задурил голову бедняжке. Дориан ни на мгновение не усомнился, что Мариса уже жалеет о своем поступке, но как он их не искал, они как сквозь землю провалились. «А может и правда тут без гномов не обошлось?», — задумался он, а потом отогнал эту мысль. Уже не важно, еще несколько мгновений и любимая вернется к нему. Подняв свиток, он четко прочитал старинное заклинание. Первые мгновения ничего не происходило, лишь на лес опустилась звенящая тишина … — Ну же… во имя Богини…, — напряженно прошептал Дориан, и через мгновение раздался хлопок, и в пентаграмме появилась фигурка девушки. Есть! Он сделал это! * * * Я бежала по парку и проклинала брата всеми известными словами. Хорошо так получалось, душевненько. Это же надо было быть таким гадом! Нет бы обнять сестру, сказать, что рад видеть, так он ржет как конь и по поводу размера моей попы замечания делает. Сам бы погостил у бабули в деревне

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он просто хотел убедиться в твердости твоих намерений, а то потом начнешь выть под луной о своей ошибке… А ему зачем нужны лишние крики? Ты не хочешь слезть с меня?

— А больше никто не выскочит?

— Ася!

— Я не Ася, я карма твоя, так что терпи стоически! — уведомила я его, но с него спустилась. Рубашку дай! — попросила я.

— Что?

— Тебе жалко? Она и так уже мокрая, а я свои вещи мочить не хочу.

Бурча о невероятной наглости разных там девчонок, он все же снял с себя рубашку и протянул мне.

Я её быстренька на себя натянула, пока он не передумал. Рукава, правда, пришлось закатать, а по длине она мне до колен оказалась. Я обулась и взяла свои вещи, решив одеть их позже, когда высохну.

— Пошли!

— Как, а топиться? — насмешливо поинтересовался он.

— Расхотелось, — проворчала я и зашагала на выход. Потом все же притормозила и пропустила его вперед. А вот нечего мне спину взглядом прожигать, да и не только спину. Ну и что, что рубашка к влажному телу прилипла, пусть лучше невесту свою сканирует.

А вот мне можно любоваться… ландшафтами, у меня не только жениха, но и парня нет, я девушка свободная.

* * *

Дориан шел и думал о том, что весь этот поход в храм был глупой затеей. Вот действительно он идиот, именно им он себя и чувствовал, крича в лесу. Даже для его слуха выходило как-то неубедительно. И чего он поперся? Здраво рассуждая, если ритуал надо было проводить в первую ночь полнолуния, то и исчезнуть девчонка должна будет в это же время — через месяц значит. Ведь не зря же в прошлый раз Богиня сказала предку месяц подождать.

А все это Ася! В её присутствии он не может здраво рассуждать. Вот не встречал он ранее более невыносимого и противоречивого существа. То она целуется как… как… ладно, лучше даже не думать об этом, то язвит и оскорбляет — возраст ей видите ли не понравился, да его в жизни с прадедушкой не сравнивали, он себя на какой-то миг стариком почувствовал. «И не только он», — усмехнулся Дориан, вспомнив выражение лица Ульриха, который постарше него будет.

То она как ребенок радуется тому, что попала в другой мир и с искренней непосредственностью сияет при упоминании магов и драконов, вводя в ступор его и Ульриха своим энтузиазмом, то при виде этого самого дракона кричит и запрыгивает на него как ребенок, ища спасения у мамаши. Но он же не мамочка! Он взрослый мужчина, которого соседство с отнюдь не детскими формами волнует и выводит из равновесия. Вспомнив, как она выскочила к нему из воды, он даже задержал дыхание, пытаясь усмирить разбушевавшийся пульс. А у него невеста, черт бы её побрал! Кстати, со всеми событиями все волнения о Марисе отошли на второй план. Да он о ней и не вспоминал! Когда же о ней вспоминать, когда наглые девчонки чуть ли не в обнаженном виде постоянно его атакуют.