ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В книгу современной американской писательницы Джоан Смит включены три романа: "Франческа", "Босоногая баронесса" и "Опасный флирт". В центре романов – прекрасные женщины, их чувства, страсти, и, конеч... США С23 Редакторы В. Тазов, С. Фадеева, Л. Григорьева Художник А. Шуплецов Смит Джоан Франческа. Роман; Босоногая баронесса. Роман; Опасный флирт. Роман; Пер. с англ. И. Ковалевой, Н. Диевой, М. Рахмелевич. – Смоленск: Русич, 1994, серия «Алая роза» ISBN 985-429-001-8 © Smith Joan, 1992 © оформление, разработка серии – А. Шуплецов, 1994 © серия, составление – «Русич», 1994 © «Francesca» – перевод И. Ковалевой, 1994 – Я не знаю, куда-нибудь. Стэнби сказал захватить с собой маску, так что мы, возможно, зайдем в Собрание. Миссис Дэнвер в испуге приложила руку к губам. – Собрание?! Моя дорогая, ведь это не самое подходящее место. Говорят, что мужчины ищут там – э-э… легкомысленных женщин. – Они находят там также и настоящих леди, которых трудно распознать сразу. Не беспокойся. И пожалуйста, не жди меня, тетушка. Возможно, я вернусь поздно. Миссис Дэнвер покачала головой, глядя на отражение племянницы в зеркале. И как это хорошенькая маленькая Френ могла превратиться в такую – ну, если не «легкого поведения», то уж по крайней мере легкомысленную женщину?… – Эти поздние ночи начинают сказываться на тебе, Френ. Ты похудела – хотя, должна сказать, все еще неплохо выглядишь. Леди Кэмден аккуратно закрыла баночку с румянами и бросила ее в сумочку. «Ничего шокирующего для бедной тетушки». – Ну, спасибо. Поздние вечера, как видишь, идут мне на пользу. А теперь я ухожу. Взмахнув кончиками пальцев и вспорхнув голубым шелком платья, Франческа выскользнула из комнаты. Миссис Дэнвер с грустью посмотрела ей вслед. Бедная девушка! Она старалась, как только могла, забыть прошлое, но это ей не удавалось. Когда получили известие с Пиренейского полуострова о том, что Лорд Кэмден убит, Франч

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Добрый вечер, миссис Вильсон. Вот мы и встретились вновь.

Эти слова были похожи на вызов, а искорки в его глазах говорили именно о таком настрое. Едва ли имело смысл притворяться, но она все-таки приподняла подбородок и, почти не дыша, сказала голосом, не способным обмануть и ребенка:

– Прошу прощения. Вы говорите со мной, сэр?

Он усмехнулся и посмотрел вокруг – рядом с ними уже никого не было.

– Похоже на то, не правда ли? Конечно, для меня не лестно, что вы так быстро забыли меня, миссис Вильсон. Буду иметь в виду, что у вас плохая память. Вы к тому же забыли вернуться из дамской комнаты в тот вечер, когда я ждал вас.

– Не понимаю, о чем вы говорите. Никогда в жизни не была в Пантеоне.

Его улыбка перешла в ухмылку.

– Почему вы тогда решили, что я говорю о Пантеоне? – спросил он. Она с раздражением вздохнула. – Ну, сударыня, после такого промаха уклоняться уже бесполезно. Все прояснилось. Вы есть вы, а я есть я. Не стоит нагнетать страсти, но, думаю, вы все же должны мне все объяснить.

– Не понимаю, о чем вы говорите, – настаивала она, покраснев при этом.

– Позвольте вам заметить, миссис Вильсон, что вы жалкая лгунишка и ваше объяснение никуда не годится. Но если вы поддержите его вальсом со мной, так и быть, я его принимаю. – В свете канделябров сверкнул изумруд его перстня, когда он протянул ей руку. Он словно заключил ее руку в наручники.

Франческа взглянула в его темные глаза, над которыми разлетались брови, придающие ему вид сатира.

«О господи! Да она испугалась меня!». Мгновение Дивэйн пристально смотрел ей в глаза, желая понять, не притворялась ли она. Но в ее напряженном бледном лице не было и тени ложной застенчивости и заигрывания. Его резкие черты моментально смягчились, он улыбнулся, а когда заговорил, голос был мягким. Она уже не слышала в его вкрадчивом голосе затаенной угрозы, в нем появилась теплота и нежность.

– Как вы понимаете, я не кусаюсь. И меня считают неплохим танцором. Всего один танец, и если вас не очарует мое танцевальное мастерство, я отпущу вас – правда, с большим нежеланием.

Он внимательно наблюдал за ней, глядя, как она прикусила нижнюю губку и затем в задумчивости выпрямила ее.

– Ну что же, хорошо, один танец, – сказала она, застенчиво улыбаясь.

– Если только вас не разочарует работа моих ног, и в этом случае я буду надоедать вам с просьбой подарить мне еще один вальс. Вы не должны судить обо мне по той перепалке в Пантеоне.

– А почему вы решили, что это будет непременно вальс?

– Я это устроил.

– Вы же не отходили от той стены. Я видела, как вы рассматривали меня в свой бинокль. Не понимаю, зачем они только нужны мужчинам?…

– Для того чтобы лучше видеть вас, дорогая. Я послал в оркестр мальчика, дав ему полкроны. Как видите, я не жалею ни денег, ни усилий, если по-настоящему интересуюсь дамой.