— Мы должны поднять кой-какой тост, — добавил он и подмигнул, бросив взгляд на приближающуюся Алину. Этот добряк не отличался тонкостью чувств.
Де Вильморен отказался от такой чести, сославшись на деловое свидание. Он был холоден и сдержан.
— А ты, Андре?
— Я? Ах, у меня тоже свидание, крёстный, — солгал Андре-Луи. — Кроме того, я суеверен и с подозрением отношусь к тостам.
Ему не хотелось оставаться. Он был сердит на Алину за ласковый приём, оказанный ею маркизу, и за недостойную сделку, которую она собиралась заключить. Андре-Луи утратил одну из своих иллюзий и очень страдал.
Глава III. КРАСНОРЕЧИЕ ГОСПОДИНА ДЕ ВИЛЬМОРЕНА
Когда молодые люди спускались с холма, де Вильморен был молчалив и задумчив. На этот раз всю дорогу говорил Андре-Луи. Предметом своих рассуждений он избрал Женщину. Он вообразил, без малейшего на то основания, будто этим утром открыл для себя Женщину, и всё, что он имел сказать про этот пол, было весьма нелестно, а порой и грубо. Поняв, к чему сводятся излияния друга, де Вильморен не стал его слушать. Хоть это и может показаться совершенно невероятным для французского аббата того времени, Женщиной он не интересовался. Бедный Филипп во многих отношениях являлся исключением.
Напротив «Вооружённого бретонца» — постоялого двора и одновременно почты при въезде в Гаврийяк — господин де Вильморен прервал своего спутника в тот момент, когда он воспарил к самым вершинам своей язвительной инвективы. Спустившись на землю, Андре-Луи увидел у двери гостиницы экипаж господина де Латур д'Азира.
— Ты, кажется, не слушал меня, — сказал молодой адвокат.
— Если бы ты не был так увлечён своими рассуждениями, то мог бы и раньше заметить это и не тратить слов даром. Похоже, ты забыл, для чего мы пришли. У меня здесь свидание с маркизом де Латур д'Азиром. Он пожелал выслушать меня. Я ничего не добился в Гаврийяке. Им было не до того. Но я надеюсь на маркиза.
— На что именно?
— Он сделает всё, что в его власти, для вдовы и сирот. О чём бы ещё ему говорить со мной?
— Странная снисходительность, — заметил Андре-Луи и процитировал: — Timeo Danaos et dona ferentes
[16]
.
— Но почему?
— Войдём, и увидишь, разумеется, если ты не думаешь, что я помешаю.
Хозяин постоялого двора проводил молодых людей в комнату, предоставленную маркизу на то время, что он соблаговолит занимать её. В дальнем конце комнаты ярко пылал огонь, у которого сидели господин де Латур д'Азир и шевалье де Шабрийанн. Когда де Вильморен вошёл, оба встали. Андре-Луи задержался, чтобы закрыть дверь.
— Вы крайне обязываете меня своей пунктуальностью, господин де Вильморен.
Ледяной тон маркиза противоречил любезности его слов.
— А, Моро?.. — В голосе де Латур д'Азира прозвучала вопросительная интонация. — Он с вами, сударь?
— Если вы не возражаете, господин маркиз.






