ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Что есть игры? Это чистая квинтэссенция приключения. Развлечение с доставкой на дом. А ещё это борьба. Борьба за первенство, борьба за лидерство. Ведь игра – это не реальность. Но реальны игроки, к... Вторая жизнь Сергей Анатольевич Горбонос © Горбонос С. А., 2015 © ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015 Но основным козырем игры стало такое баснословное разнообразие классов, рас и внешностей персонажей, что их просто трудно перечислить. И при этом не было ни одного класса и расы при создании игрового персонажа. «Это вообще как?!» – возникает закономерный вопрос. Да, разработчики опять доказали, что всё гениальное просто. Издавна велись исследования коры головного мозга, в том числе участков, отвечающих за характер и желания людей. Эти исследования были проанализированы искинами, ими же выведены алгоритмы, позволяющие из мешанины десятков ранее известных классов создать для игрока именно тот «самый любимый». С расой точно так же: пазловая система создавала из известных нам рас эдакий микс для каждого человека, то есть, к примеру, игрок мог стать северянином, южанином, жителем островов, эльфом, соответственно, тёмным, светлым, кровавым, лунным, да и каких только там не было. Жёлтые газетёнки буквально завопили, предвкушая жирный куш: ведь это ущемление свободы выбора людей или, к примеру, это дикий дисбаланс классов!!! В чём-то они, конечно, правы, вот только почему-то ни один игрок ещё не возмутился этим фактом, почему-то ни у кого не возникло желания поменять класс, в котором буквально каждая мелочь была приятна игроку, была создана для него, на что-то иное. Что же касается баланса, разработчики уверили: основной баланс есть, но как ранее в игре всё зависело от «рук игрока», так и тут будут встречаться различия, к тому же игра подразумевается как социальная, так что, дорогие игроки, объединяйтесь, развивайте себя, познавайте свой класс и помните, что «один в поле не в

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Решивший не медлить разбойник сделал шаг, нащупывая рукой оружие на поясе, но понял, что ему что-то мешает. Корень. Корень у ног, что не давал сделать и шага.

– Не шути со мной, шкет, меня такими сорняками не остановишь! – прокричал Весельчак, доставая нож.

Но стоило ему закончить фразу, как он услышал звук, который при должном воображении можно было бы принять за рык. Вор как-то заторможенно развернулся и увидел цветочек. Пятиметровый цветочек, который знающий человек вполне мог принять за венеру-мухоловку. Вот цветочек раскрылся, хотя тут, скорее, разлепил усеянную клыками пасть и легко и непринуждённо, одним махом позавтракал уже не таким и весёлым камазиком.

– Даже если вы не любите природу, знайте, она вас любит, будь вы хоть сырым и в доспехах, – улыбаясь, изрёк подошедший к цветочку друид. – Что, обидел тебя, такого милашку, плохой дяденька, обозвал сорнячком? Да ты его не слушай, ты просто лапуля, – не снижая довольного тона, проговорил друид, почёсывая цветочек.

На что тот откликнулся благодарным… эм… наверное, всё же это можно назвать мурчанием, мурчанием котика этак за полтонны. После чего цветок втянулся в землю и пропал.

– Так, ладно, что-то тут людно, надо бы куда в лесок забуриться, потренировать навыки, всё равно времени навалом, – пробормотал друид, открывая карту. Поскольку карта была ещё не исследованной, то все реки/леса/горы и тому подобное занимали лишь их схематичные пометки, без названий и описаний. – Ага, вот и лесок, – увидел друид лес, находящийся далеко на отшибе области без каких-либо пометок.

Свернул карту и двинулся в том направлении…

Моя фигура друида светилась зелёным светом, маска пододвинулась вплотную к бугаю и, распавшись в районе рта на две неравные половинки, прошептала ему на ухо:

– Сейчас ты, моё дорогое высокопитательное удобрение, мне как на исповеди точно и географически правильно обрисуешь в красках, где найти пенёк от дерева, что ты срубил.

Через 20 минут

Шагаю я по лесу и не перестаю удивляться. Кто бы мог подумать: НПС – браконьер. Решил он, видите ли, в лесу дриад разжиться древесиной материнского дерева дриад. Оно у них в городе магами и шаманами, мол, весьма ценится при создании разных амулетов. А то, что дриада без него умирает, это, право, такая мелочь, зато деньги для кабака будут.

Вот так, задумавшись, я и не заметил, что в довольно тихом лесу что-то изменилось. Прислушался… хм… вроде плач. Пройдя в направлении звука ещё пару минут, увидел печальную картину: девчушка лет пятнадцати обнимала обрубок дерева высотой с полметра и заливалась слезами. Присмотревшись, отметил, что передо мной не совсем человек – меж зелёными волосами кое-где проглядывали веточки с листочками, образуя что-то схожее с тиарой или заколкой.