ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Все было бы хорошо. Ну правда, все было бы хорошо. Если бы не бес-благодетель… Ведь до сей поры у сэра Кэрридана ди Стайни все складывалось просто отлично. Их с его дражайшей невестой, а по совмест... Девятый герцог империи Андрей Буревой Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав. © Буревой А., 2015 — Коуриджская каторга?.. — означил я вопрос, обращаясь к служивому на мгновение отвлекшемуся от осмотра ближайшей телеги на меня, восседающего на громко хрипящем и словно бы приплясывающем от нетерпения продолжить скачку коне. — Это вам туда, — ткнул рукой куда-то влево молодой стражник. — Мили полторы еще по дороге, почти до самой реки. — И добавил еще несколько неуверенно, оглядев меня. — Сэр. — Значит мили полторы всего… — на мгновение призадумался я, сначала повернув голову и посмотрев в указанном направлении, а потом потрепав по холке своего загнанно дышащего коня, которого явно пора бы уже сменить, и бросив оценивающий взгляд на раскрытые ворота в город. — Ну или еще напрямик через город можно проехать, и через восточные ворота дальше, — несколько неправильно оценил мои колебания стражник. — Так оно чуть короче будет. Досадливо дернув уголком рта, я коротким кивком поблагодарил коуриджского стражника и ударом пяток послал коня в объезд преграждающей путь крестьянской телеги и дальше — по дороге, уходящей влево, вдоль стены набранной из толстенных, необхватных бревен. Не стал в городок заезжать, дабы поискать замену заметно подуставшей животинке, несущей меня на себе уж с полуночи. Больше времени потеряю на этом, чем выиграю… Мысль об утекающем времени, заставила меня с новой силой стиснуть зубы и пришпорит

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

А к таким лицам несколько особое отношение… Подразумевающее под собой то, что любая из наших каторжанок, по истечении определенного срока и при отсутствии существенных замечаний, по ходатайству руководства каторги может быть отпущена на поруки… Если, конечно, найдется человек готовый за нее ответ держать. — И развел руками: — Так что, как понимаете, ваш случай у нас отнюдь не уникальный.

— Это понятно, — кивнул я, усваивая сказанное. И настойчиво спросил: — Но что здесь не так-то? Отчего судейские против этого дела ополчились?

— Да все так, — отмахнулся Оскар. — Просто однажды, еще до того как я сюда прибыл служить, одну из каторжанок приехали забирать родители. Из купеческого сословия… И подождать день-два, потребных для улаживания всех формальностей, не захотели. Ну и взяли, да сунули взятку для ускорения дела… отсыпав и судейским и магистратским золотишка с лихвой… А тем это, понятно, очень понравилось…

— Да уж наверняка! — не удержался чтоб не хмыкнуть я.

— Вот с тех самых пор и начали они всячески затягивать рассмотрение дел по передаче каторжанок на поруки, дабы прибывшие за ними люди несли этим прохиндеям деньги для ускорения процесса, — наконец донес до меня Оскар то, до чего я уже и сам дошел — своим умом.

«А-ха-ха! — возопил чутко прислушивающийся к разговору бес. И аж запрыгал: — Теперь понятно, почему обычная каторга так серьезно запечатана! Кто ж позволит деньгам удрать?!»

«Это ты к чему вообще брякнул?» — недоуменно спросил я у возбужденно скачущего паршивца.

«Ай, что тебе ослу объяснять! — отмахнулся он меня. — Все одно — бестолку! — И, закатив глазки, вдохновенно выдал: — А как умно придумано… как умно… На абсолютно законных основаниях устраиваем каторжанкам совершенно невыносимые условия существования, как бы мимоходом уведомляя при этом о существовании практики передачи осужденных на поруки, и оставляем для них возможность связаться с родными и близкими путем переписки… И вуаля, те, не выдержав потока текущих по бумаге слез, мчатся вытаскивать свое умоляющее о спасении чадо из столь ужасного места! И денежки с собой везут! За ходатайство — каторжным властям и за быстрое оформление — судейским!»

«А ведь похоже на правду…» — мелькнула у меня крамольная мысль, заставившая с подозрением уставиться этого болтуна — Бартинелли. И спросить у него: — И сколько, как вы думаете, судейские томить меня станут?..

— Да вы не беспокойтесь, сэр Кэрридан, — вроде как успокаивающе произнес он, открыто глядя мне в глаза, — вряд ли долго.

— А конкретней никак? — нахмурившись, поинтересовался я.

— Ну… — призадумался ненадолго старший триарх.