ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Немногие в королевстве Эрдас обладают даром вызывать духов Зверей-воителей, которым обладают Конор, Абеке, Мейлин и Роллан. Но любой дар – это еще и большая ответственность. Друзьям предстоит применит... Узы крови Гарт Никс Garth Nix and Sean Williams BLOOD TIES Печатается с разрешения издательства Scholastic Inc, 557 Broadway, New York, NY 10012, USA и литературного агентства Andrew Nurnberg Copyright © 2013 by Scholastic Inc, 557 Broadway, New York, NY 10012, USA SCHOLASTIC, SPIRIT ANIMALS and associated logos are trademarks and/or registered trademarks of Scholastic Inc. Впервые Мейлин поняла, что может попросту умереть в Лабиринте. Дочь генерала Тенга умерла от жажды в бамбуковой чаще! Уму непостижимо! Грустные размышления Мейлин прервал зуд в предплечье. Закатав рукав, она посмотрела на татуировку спящей панды. Пробираясь по Великому бамбуковому лабиринту, она подавляла Джи, свой дух животного, опасаясь, что панда ее задержит. Теперь эти опасения потеряли всякий смысл. – Ну, давай, просыпайся! – приказала Мейлин. – Вылезай и сделай хоть что-то полезное. Может, проешь для меня проход в бамбуковых зарослях! Тут ярко вспыхнул свет, и возникшая Джи лохматым боком прижала Мейлин к стволу бамбука, отчего тот пошатнулся. – Эй, осторожней! – пробурчала Мейлин. Она почувствовала, как что-то коснулось ее лица, и отмахнулась, решив, что это насекомое. И только когда потревожившее ее нечто оказалось на ладони, Мейлин поняла, что это. Подняв голову, она увидела нежные и изящные белые цветочки, которые, словно снежинки, падали с верхних веток бамбука. Бамбуковые цветы. Мейлин никогда раньше их не видела. Она знала, что это растение цветет один раз в пятьдесят, шестьдесят, а то и в сто лет, после чего умирает. Умирает весь бамбук одновременно. – Лабиринт умирает, – прошептала она, глядя на верхушки бамбуковых деревьев. Они, насколько хватало глаз, были усыпаны цветами. Но спуст

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– По-моему, первой должна быть Абеке, – возразил Роллан, глядя на Конора с плохо скрываемым презрением.

Конор поморщился. Когда-то он считал Роллана другом, но теперь нет. Еще до того, как Мейлин ушла…

– Да, я тоже так считаю, – поддержал его Конор. – К тому же она и прыгает намного лучше меня.

– Для этого мы и тренируемся, – спокойным голосом пояснил Тарик. – Тебе потребуется все твое уменье, когда мы отправимся за следующим талисманом.

– А что представляет собой следующий талисман? – спросила Абеке. – Нам ведь не известно, где он находится.

– А даже если мы его и достанем, – подал голос Роллан, – Конор наверняка так или иначе передаст его захватчикам!

– Хватит об этом! – прикрикнул Тарик. – Я уверен, что, когда мы вернемся в Замок, нас будут ждать новости о другом Великом звере. Наверняка Ленори найдет еще одного.

– Да, я очень виноват, – сказал Конор; его ужасно злило, что Роллан избегает смотреть ему в глаза. – Но вы же знаете, что… это ведь моя семья!..

– У всех есть семья, – пробурчал Роллан. – Лично меня почти радует, что моя бросила меня так рано.

– Да, мы люди, и мы любим, и в этом наша сила, – сказала Абеке, – но в этом и наша слабость. Когда на карту поставлены жизни близких, трудно судить, что правильно, а что нет.

Такое признание, казалось, удивило Роллана не меньше, чем Конора.

– Считаешь, что он совсем не виноват?

– Я говорю лишь о том, что его можно понять. – Абеке пристально посмотрела на обоих. – Все жизни находятся в опасности, пока захватчики не разбиты. И все семьи, в том числе моя собственная.

Это был упрек – упрек, который, как чувствовал Конор, он заслужил. Закусив губу, он потянулся к Бриггану, желая почувствовать успокоение, исходившее от покрытого густой шерстью волчьего загривка. Но пальцы ощутили лишь пустоту: Бригган успел отойти в сторону. Возможно, он сделал это потому, что на корабль налетела другая, более мощная волна, однако внутреннее чутье подсказало Конору, что его дух животного просто не хочет быть рядом.

– Абеке права, – сказал Тарик. Он говорил, как всегда, спокойно, но было видно, что слова даются ему с трудом. – Поэтому наши тренировки так важны. Вот талисман. Проверим, как быстро вы доберетесь до марсовой площадки на грот-мачте.

– С помощью Уразы? – спросила Абеке.

Леопард Ураза был еще в спячке, и татуировка с изображением животного виднелась у Абеке на предплечье. Ураза не переносила морских путешествий.

Тарик отрицательно покачал головой.

– Не сейчас. Посмотрим, как ты сама прыгнешь с талисманом.

Абеке согласно кивнула. Конор поднял глаза, волнуясь за нее. Марсовая площадка представляла собой маленькую платформу, расположенную всего на десять футов ниже вершины восьмидесятифутовой грот-мачты.