Мой рот не работает. Мои глаза рассматривают его шею, куда он прижимает ладошку. Кровь сочится между его пальцев, и я задыхаюсь:
— Тебя ранили.
Он хихикает:
— Просто царапина, малышка. Серьезно, ничего страшного.
Я вижу, как струйка превращается в поток. Его веки трепещут, и он слабо говорит:
— Найди Хэппи. Прямо сейчас.
Быстро встав, я бегу в здание и ору:
— Хэппи! Мне нужна помощь!
Не проходит и секунды, прежде чем я вижу Хэппи, выходящего из двери с правой стороны и бегущего ко мне. Не позволяя себе остановиться, я бегу и Хэппи следует за мной. Он кричит:
— Что случилось?
Я кричу в ответ:
— Его ранили. В шею.
Когда мы добегаем до него, мое быстро колотящееся сердце замирает. Он не двигается. Хэппи подбегает к нему и поднимает его. Я вижу пулевое отверстие в его шее. С каждым ударом его сердца, кровь вытекает из его тела на тротуар.
Хэппи говорит:
— Давай, чувак. Держись! Просто держись! Очнись! — Хэппи трясет его, и он шевелится.
Вытащив его телефон, Хэппи набирает номер и говорит:
— Огнестрельное ранение в шею. Потерял много крови. Он едва в сознание, — он называет адрес, пока мы с Твитчем смотрим друг другу в глаза.
Он бормочет:
— Я слишком упрямый, чтобы умереть, малышка. Ты знаешь это.
Я знаю это. По крайне мере я выбираю верить в это прямо сейчас. С затуманенными глазами, я неубедительно шепчу:
— Хорошо.
Он выжимает из себя улыбку и слабо произносит:
— У меня были ранения похуже этого, — его веки трепещут. — Скажи мне, как мы назовем нашего малыша.
Я знаю, что он делает. Он пытается отвлечь меня.
Из пулевого отверстия сочится густая кровь, и я стою, ошеломленная, не способная отвести взгляд. Он шепчет:
— Малышка, посмотри на меня. Мне в глаза. Знаешь, я люблю, когда ты видишь меня.
Моргая сквозь слезы, я говорю ему:
— Я не думала об имени. Слишком рано.
Он слегка улыбается:
— Может быть, выберем вместе, когда мне станет лучше, да?
Я тут же отвечаю:
— Ага. Хорошо, дорогой.
Звуки сирен ревут вместе с красно-белыми сигнальными огнями, прерывая мои счастливые мысли. Чьи-то руки опускаются на мои плечи, и, когда я смотрю на санитара, я вижу, как его рот открывается, но ни одно слова не доходит до меня. Кровь ревет в ушах, и я временно глохну. Страх парализует меня. Потом Твитча помещают в машину скорой помощи, он слабо улыбается мне. Хэппи запрыгивает с ним, и кричит мне:
— Встретимся в больнице, Лекси.
Кивая сквозь поток слез, я слабо командую:
— Не умирай, ладно?
Он отвечает настолько решительно, насколько может:
— Все будет хорошо.
И он так неистово произносит это, что я верю ему.
Я верю ему.
ЭПИЛОГ
Пять лет спустя...
Просыпаясь утром из-за кого-то, ерзающего в изножье кровати, я сонно улыбаюсь:
— Кто же, спрашивается, это? В моей постели монстр? — я стараюсь изо всех сил казаться напуганной. Хотя истеричное хихиканье меня выдает.






