Я свернулась калачиком и заплакала, но теперь уже не от горя, а от облегчения. Это будет непросто, но Клэй всегда был старательным и упорным, я готова была спорить на что угодно, что он справится со всем быстрее, чем остальные в его ситуации.
***
В общей сложности Клэй пролежал в больнице двенадцать дней. Врачи им гордились. Хотя он все еще был в постели и инвалидной коляске, Клэй уже двигал ногами. Конечно, это требовало от него огромных усилий, я видела морщинки на его лбу каждый раз, когда он изо всех сил старался сделать шаг. Я видела, как он немного разочарован своими попытками, но врачи говорили, что так и должно быть: как будто ребенок впервые учится ходить. Главное – желание. Проблема была в том, что Клэй не привык просить о помощи. Ему было тяжело видеть, как я, мои родители и наши друзья возятся с ним.
Еще одним огорчением для него стало то, что он пропустил важную игру. Нашей школе пришлось играть в финале без своего капитана, и они едва наскребли очки для победы. Клэй очень переживал, что не смог участвовать, но в тот вечер вся команда и тренер пришли его навестить. Они все столпились в его палате, желая отпраздновать победу. Разъяренная медсестра вышвырнула их всех на улицу после десяти минут криков и воплей, но Клэю понравилась их компания. Они оставили ему трофей, который занял почетное место на столике возле кровати.
Двенадцать дней спустя Клэя перевели в реабилитационный центр. Там он должен был остаться примерно на шесть недель. Здесь специально обученные тренеры помогут ему снова начать ходить. Его мозгу необходимо было восстановить связь с поврежденными нервами и заново изучить процесс.
Мне разрешили присутствовать на терапии. Меня даже научили, как помогать Клэю тянуть мышцы, но в основном я скорее была моральной поддержкой. В данный момент я стояла посреди тренажерного зала и наблюдала, как Клэй пытался самостоятельно встать и шагнуть. Его терапевт сказал, что ему нужно делать рывок, а затем отдыхать. Клэй был здесь уже неделю, но пока самое большее, что он сделал, прежде чем ему пришлось снова отдохнуть, – семь шагов.
– Мишка Райли, у меня идея, – тихо сказал он, смущенно оглядываясь, видимо, чтобы убедиться, что его никто, кроме меня, не слышит.
– Что такое, малыш?
Он спустил ноги на пол, все еще сидя в инвалидном кресле. Около него находились поручни, которые удерживали его, когда он пытался делать очередной шаг.
– Давай ты будешь снимать по одному предмету одежды за каждый шаг, который я сделаю? – предложил он, ухмыляясь. Его глаза медленно прошлись по всему моему телу.
Я рассмеялась. Только Клэй мог думать о сексе, пытаясь сделать что-то настолько серьезное и важное. Я чувствовала, что он был немного разочарован, потому что мы не заходили дальше поцелуев уже более трех недель.






