ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Рэю Логану было двенадцать лет, когда в очередной раз сбежав из детского приюта, он спас малышку Мэрион, дочь сенатора Рамсфорда. В благодарность за это сенатор взял его к себе в дом, вырастил, дал... Телохранитель Мери Каммингс ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ГЛАВА ПЕРВАЯ Девочка была маленькой. Очень маленькой и какой-то ненастоящей. Посудите сами: разве часто можно встретить в наше время девочку в белом платьице с ярким кушаком, в кружевных гольфиках и с белыми воздушными бантами в волосах? Мальчишке, сидевшему на краю моста, она показалась поначалу похожей на ожившую куклу или на пирожное со взбитыми сливками. Это неожиданно пришедшее в голову сравнение заставило его сглотнуть слюну. Гостей, свернувших с дорожки на перекинутый через протоку деревянный мост, было пятеро. То есть шестеро, если считать и девочку. Главным среди них, судя по всему, был высокий мужчина, похожий на теледиктора — темноволосый и белозубый, лет под сорок, одетый в легкую светлую рубашку с короткими рукавами и джинсы. Именно перед ним чуть ли не приплясывал, будто старающаяся понравиться собачонка, Джиллеспи, главный управляющий питомника. Остальные трое мужчин, несмотря на жару, были в костюмах и при галстуках. Единственная среди гостей женщина, красотка-блондинка с локонами до плеч, тоже была в костюме — голубом, под цвет глаз, юбка по меньшей мере на ладонь выше колена; туфли на высоченном каблуке — а ножки… ну уж точно не хуже, чем на картинках в журнале! Темноволосый мужчина явно интересовал ее куда больше, чем девочка, которую она вела за руку — на нее она почти не обращала внимания, зато в него то и дело постреливала глазами. Между тем девочка заметила под мостом что-то интересное — настолько интересное, что даже присела на корточки, вглядываясь вниз сквозь прутья ограждения, и пару раз оглянулась, когда группа двинулась дальше и женщина потянула ее за руку. Что она там интересного увидела? Не уродов же

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— А чего он?.. — подпихнула она локтем сидевшего рядом отца.

— Тихо! — цыкнул тот. — Значит, так надо!

Пока молодой человек давал присягу и называл свое имя, Мэрион вглядывалась, пытаясь понять, видела ли она его прежде.

— Знакомы ли вы с подсудимым Рэем Логаном? — спросил Доусон.

— He знаю, можно ли это назвать знакомством. — Молодой человек чуть усмехнулся, и тут Мэрион поняла, кто это такой; поняла еще до того, как услышала: — Я тот самый восьмиклассник, с которым он подрался одиннадцать лет назад на школьном дворе.

Доусон что, с ума сошел, вызвав его свидетелем?! — подумала она. Обернулась к отцу:

— А зачем?..

— Да тише ты! — оборвал тот. — Хватит болтать, пожалуйста, ты тут не дома!

— Та-ак, — громко произнесла судья, стукнув молоточком по столу. — Прошу адвоката защиты подойти ко мне!

Тот подошел. Слов было не слышно, но судье явно что-то пришлось не по нраву. Сдвинув брови, она слушала Доусона, изредка бросая в ответ короткие реплики.

Мэрион, неприязненно покосившись на отца, отодвинулась от него — больше спрашивать его она ни о чем не станет, хоть убей!

Наконец судья хмуро кивнула, и Доусон снова отошел на свое «рабочее место», свободный пятачок между присяжными и местом для свидетелей.

— Итак, мистер Кирби, — продолжил он, — не могли бы вы рассказать, при каких обстоятельствах произошла эта драка и что явилось ее причиной.

— В тот год, ближе к весне, парни в седьмых и восьмых классах вдруг увлеклись игрой в блэкджек

[26]

, — начал Кирби. — Непонятно, откуда это взялось, но буквально поветрие какое-то накатило. Играли и после уроков, и в перерывах, и даже порой на уроках ухитрялись. Высшим шиком карты вот такие маленькие считались, — показал пальцами нечто размером со спичечный коробок.

— Мистер Кирби, все это, конечно, очень интересно, — перебила судья, — но я бы попросила вас отвечать на заданный вопрос.

— Ваша честь, прошу прощения, но я как раз объясняю причину драки!

— Ну хорошо, продолжайте, только покороче!

— Играли мы не на деньги, а на… на условия всякие — например, на то, что проигравший должен съесть живую муху, — публика в зале отозвалась тихим ропотом и смешками, — на горсть земли, взятую в полночь на кладбище, на банку пива — нам его в четырнадцать лет не продавали, где хочешь, там и доставай — на то, чтобы сунуть тряпку в глушитель машины кому-то из учителей. — Кирби неловко поморщился; сквозь личину яппи все больше проглядывали черты прежнего подростка. — Да что говорить, теперь, задним числом, я понимаю, что все это величайшая дурость была, но тогда мы все казались себе очень крутыми и остроумными.

Ну и вот, в тот день кто-то предложил сыграть на трусики первой девчонки, которая пройдет по двору. И я проиграл. Мы во двор вышли — встали, ждем. И первой оказалась Мэрион Рамсфорд.