ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вирус вот-вот возьмет свое, и Рейн отчаянно ищет ответы. Пострадав от Вона, Рейн обретает нежданного союзника в лице его брата, эксцентричного изобретателя по имени Рид. В его ветхом доме она наход... Разрыв Лорен Де Стефано Глава 1 В Атласе все еще течет река. Ее тонкая линия бежит к месту назначения, которого больше не существует. Мы пытаемся сложить мое имя, реку и меня саму, если и есть какая-то разгадка, то она умерла вместе с моими родителями. И все же эта река остается только в моих снах. Я вижу ее растворяющеюся в огромном океане, скрывающий затонувшие города, несущий старые сообщения в бутылках. Я слишком задержалась на этой странице. На самом деле я должна быть в Северной Америке, держать путь от берегов Флориды до Провиденса Род- Айленд, где только что мой брат близнец бомбил больницу про-научных исследований в области эмбрионов. Я не знаю, как много людей погибло из-за него. Линден беспокойно передвигается: - Я даже не знал, что у тебя есть брат – сказал он, когда я рассказала ему, почему сбежала – Но список вещей, которых я не знаю о тебе, становится все длиннее, не так ли? Он жалеет о нашем браке и о том, что все кончено. И о том, что на самом деле ничего еще не закончилось. Моя сестра по мужу смотрит в окно, ее волосы как осенние листья под солнцем. - Идет дождь – говорит она спокойно. Она здесь только потому, что я попросила ее. Мой бывший муж все еще не до конца верит, в то, что жить рядом с Воном опасно. Или, может быть, он действительно верит ему. Я в этом не уверена, потому что в эти дни он практически со мной не говорил. Единственное, что его интересовало, это как я себя чувствую и сказал, что скоро меня выпишут. Я должна чувствовать себя счастливой, большинство пациентов здесь находятся в переполненных коридорах, или по дюжине в одной палате, и то если их не исключили из пациентов. У меня комфорт и отдельная палата. Госпитализация этого класса ре

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Или может быть я хотела подыграть, чтобы носить его кольцо и побыть его женой немного, прежде чем волшебство исчезнет вместе со светом луны. Теперь я молчу, и блеск исчез из его глаз.

- Если ты не любила меня, ты должна была сказать мне, я бы тебя отпустил – говорит он.

- Ты бы мог, я знаю, но не твой отец.

- Мой отец никогда не решал за меня и не говорил, что мне делать.

- Твой отец всегда решал за тебя – говорю я.

Он смотрит на меня, и я перестаю дышать. Что-то растет в глубине его глаз, что-то чего я не могу понять: любовь или злость. Что росла каждую секунду, пока я была далеко. И я хочу этого, чтобы это ни было. Хочу сохранить и держать в своих руках, как бьющееся сердце, которое было вырвано из его груди. Хочу согреть его своим теплом. Но он говорит:

- Когда Сесилия вернется, скажи ей, что я буду ждать ее в машине.

И он ушел.

***

- Я не хочу оставлять тебя здесь – говорит Сесилия, когда я передаю ей сообщение – это место выглядит так, бут-то здесь можно подцепить рак или какую-нибудь другую болезнь.

Она помнит слово «рак» из мыльной оперы Дженны. Эта болезнь была исключена из нашей генетики.

- Не думаю, что смогу поймать здесь рак – говорю я ей.

- Мне так кажется - говорит она.

Нам следует меньше шуметь, потому что Рид уже стучит по потолку. Сесилия фыркает и садится рядом со мной на кровать, потом кладет свою руку мне на плечи и смотрит на свой живот. На четвертом месяце она выглядит слишком усталой и опухшей. Ее щеки и кончики пальцев вымыты. Ее лицо и волосы влажные, она плеснула себя холодной водой, она всегда так делает, когда ее тошнит.

- Ты не заболела? – спрашиваю я.

- Все не так плохо – говорит она тихо – Линден заботится обо мне.

Я беспокоюсь о ней. Интересно, приходило ли в голову Линдену, то, что она совсем не отдохнула между беременностями. Вон знает, насколько это опасно, и он позволил это, почему то меня это беспокоит еще больше. Я боюсь, что она войдет в темный зал, спустится по лестнице и навсегда останется в лапах Вона. Думаю, что она тоже боится, потому что не двигается. Я не знаю, сколько проходит времени, прежде чем Линден поднимается за ней:

- Готова? – он стоит в дверном проеме в тени.

- Я остаюсь на ночь – говорит она. Они смотрят друг на друга. Муж и жена, то кем я никогда не являлась. Сесилия выигрывает, потому что Линден поднимает сумку с пеленками и говорит:

- Первым делом, утром я вернусь за тобой.

Через несколько минут мы наблюдаем в окно, как лимузин исчезает из виду.

Матрас грубый и твердый и Сесилия начинает храпеть, ведь она беременна. Мой ночной сон терпит поражение. Она пинает меня, так много раз, что в итоге я беру подушку и устраиваюсь на полу. Но каждая доска деревянного пола только теребит глубокую рану на моем заживающем бедре.