Вода просочилась сквозь стены, обвалив мраморную облицовку, когда-то покрывавшую красный кирпич. В других местах вода размыла гипс, хотя местами виднелись блеклые рисунки с изображением закутанных в подобие саванов женщин и мужчин. Огромные колонны поддерживали крышу, где между балками порхали воробьи. Некоторые вылетали через отверстия в черепице. Часть дыр забили соломой, но остальные зияли, впуская внутрь снопы солнечного света.
Пол когда-то был выложен мелкой мозаикой размером с ноготь, где изображались римские боги, но большая часть мозаики исчезла. Остались серые унылые камни, покрытые сухим камышом. В дальнем конце зала, возвышаясь на три фута, стоял помост со ступеньками, на нем расположился трон, задрапированный черной тканью. По бокам от трона стояли воины. По-видимому, люди Бриды, поскольку им позволили внести в зал оружие — длинные копья с широким наконечником. Помост сторожили восемь телохранителей, остальные же расположились в тени. Трон пустовал.
Приличия требовали, чтобы нас встретили элем и миской воды для омовения рук, однако принимая во внимание нашу многочисленность, я почти не надеялся на подобный прием для всех. Управляющему следовало поприветствовать наших предводителей, но вместо него из двери, ведущей к помосту, вышел худой мужчина в черном и дважды легонько стукнул посохом по деревянному полу, нахмурившись при взгляде на нас. У него были черные прилизанные волосы, надменное лицо и аккуратно подстриженная черная бородка.
— Леди Дунхолма, — провозгласил он, когда зал затих, — скоро прибудет. А пока ждите!
Вперед выступил Орвар.
— Моим людям нужен кров и пища.
Худой мужчина вперил взгляд в Орвара и после долгой паузы спросил.
— Не тебя ли зовут Орваром?
— Я Орвар Фрейрсон, и мои люди...
— Нуждаются в пище, ты уже говорил.
С брезгливой миной на лице он взглянул на нас.
— Когда войдет леди Дунхолма, преклоните пред ней колено. Ну и набралось же вас, вонючек!
Его передернуло, и он юркнул туда, откуда пришел, стражи же на помосте обменялись ухмылками.
В зал набивалось все больше людей, некоторые толклись позади нас, остальные входили через боковые двери. Так что под высокой крышей набралось где-то с четыре сотни человек. Сигтрюгр озадаченно посмотрел на меня, но я лишь пожал плечами. Я не знал, что происходит, только что Бринкэтил, наверное, сообщил о нашем прибытии, и что Брида должна выйти. Я стал протискиваться сквозь стоящих впереди, пробираясь к Стиорре, которая стояла рядом с Орваром, держа за руку дочь.
И только я дошел до нее, как загрохотал барабан.
Один удар, громкий и внезапный, и даже те, что пришли в зал после нас, зная, что от них требуется, опустились на колени.
Вновь загремел барабан. Медленно следовал за ударом удар — зловеще, размеренно и неумолимо, как рок.






