— У нас есть заложники, — сказал Сигтрюгр.
Мы стояли на северной стене, наблюдая за угрожающими кострами и прислушиваясь к стуку углубляющих ров лопат. Еще один враг подобрался близко к форту, силуэт всадника высветило пламя костров из дальнего леса.
— У нас есть заложники, — согласился я.
Восемь женщин, жены ярлов Рагналла. Младшей было около четырнадцати, старшей — лет тридцать. Все они, что неудивительно, выглядели хмурыми и отчаявшимися. Мы держали их в доме Эгиля под охраной четырех воинов.
— Чего он боится? — спросил я Сигтрюгра.
— Боится?
— Почему он взял заложников?
— Измены, — просто ответил он.
— Клятвы недостаточно, чтобы человек хранил верность?
— Только не для моего брата, — сказал Сигтрюгр и вздохнул. — Пять лет назад, может, шесть, отец повел армию на юг Ирландии. Дела не заладились, половина армии просто села на корабли и уплыла.
— Такое случается.
— Когда захватываешь земли, рабов, скот, — продолжал Сигтрюгр, — воины хранят верность, но как только начинаются трудности... Они просто исчезают. Поэтому Рагналл берет заложников.
— Обычно заложников берут у врага, — заметил я, — а не у своих же.
— Но только не мой брат, — ответил Сигтрюгр.
Он с монотонным стуком точил меч о камень. Я взглянул на дальний лес и понял, что враги делают то же самое. Они были уверены. Знали, что заря принесет им битву, победу, поживу и славу.
— И как ты поступишь с заложниками? — спросил Финан.
— Покажу их, — сказал Сигтрюгр.
— И будешь угрожать врагам? — поинтересовалась Стиорра.
— Они — наше оружие, — безрадостно ответил Сигтрюгр.
— И ты их убьешь? — спросила Стиорра. Ее муж не ответил. — Если убьешь, — продолжила моя дочь, — то потеряешь власть над врагами.
— Достаточно просто угрожать их убийством, — заявил Сигтрюгр.
— Эти люди, — Стиорра кивнула на костры в лесу, — тебя знают. Они знают, что ты не убиваешь женщин.
— Может, нам и придется, — печально произнес Сигтрюгр. — Хотя бы одну.
Все замолчали. Позади нас, в форте, воины уселись вокруг костров. Некоторые пели, хотя и невеселые песни. То были стенания. Люди знали, что их ждет, и я гадал, на скольких из них можно положиться. Я был уверен в своих воинах и людях Сигтрюгра, но четверть воинов еще неделю или две назад присягнула Рагналлу, как они будут сражаться? Не удерут ли? Или страх перед гневом Рагналла заставит их еще яростнее биться за меня?
— Помнишь Эрдвульфа? — вдруг спросил Финан.
Я слегка улыбнулся.
— Знаю, о чем ты думаешь.
— Эрдвульф? — повторил Сигтрюгр.
— Один честолюбец, — объяснил я. — Однажды он загнал нас в ловушку вроде этой. И за мгновение до того, как он собирался нас перерезать, прибыла леди Этельфлед.
— С армией?
— Он посчитал, что с армией, — ответил я, — хотя на самом деле армии у нее не было, но он решил по-другому и оставил нас в покое.






