— Кобыла с возу, бабе легче. Разве что сделали бы санки с горки.
— Санки с горки остались теперь тем детям, — заметила Эва, привычная к Гутюшиной манере. — Где остаток территории?
— Пока нету, тебе что — мало? И так хватает дел с этим кусочком. А ты вообще-то была на месте?
— Была разок. Поеду еще осмотреть, потому как эта жертва прострела пока еще ни туда ни сюда. Одного его надолго не оставишь.
Тадеуш уже не валялся в постели, а геройски передвигался по квартире, хотя спина совсем не сгибалась. Надеялся, правда, через неделю начать вкалывать.
— Самое главное сейчас — барак для детей, — сказал он задумчиво. — Обмерьте вы эту заразу с дотошностью часовщика, предвижу, начнутся баталии и каждый винтик будет важен. Выиграет наверняка кооператив, у него своя рука где надо, пусть хоть детям дадут что-нибудь приличное.
Я решилась немного пооткровенничать насчет моего рабочего рвения, ведь Тадеуш мог оказаться весьма полезен.
— Любопытные дела творятся вокруг объекта, — подкинула я косточку.
— А на что мне вокруг? — удивился Тадеуш. Я рассказала о наркотиках, о таинственном притоне, находящемся где-то рядом. Призналась, что намереваюсь туда проникнуть под предлогом более полного обследования местности.
— Кое-что я уже разведала и знаю направление, да пока что не хватало времени на дополнительный осмотр.
— Ну! — подтвердил Гутюша. — Я под конец понял, куда ее несет. Только в проходе стоит то ли труп, то ли манекен. И воняет.
— И что, это входит в проект? — взволновался Тадеуш.
— Нет, стоит за дверью, — успокоила я. — Прямо в дилатационной стене. Как закончим, хорошо бы симулировать продолжение работ. Сделаю вид, необходимо, дескать, дополнительное обследование подвалов, и погляжу, что там такое.
— Судя по всему, делать вид не очень-то понадобится, без дополнительных обмеров и так не обойдется, — деловито заметила Эва. — А общество в лице Гутюши тебе обеспечено.
— В случае чего подтвердите, что я там шастаю в качестве легального труженика. А то вообразят еще, что я шпионка или еще кто… Террористка, например.
— В силу моей восторженной признательности засвидетельствую не глядя все, что пожелаешь, — торжественно поклялся Тадеуш. — А нельзя ли узнать, на кой тебе сдалась эта наркоманская берлога? Замешан кто-то?
— Ну как же, небось Дарий велел, — съязвила Эва.
— Убраться он мне велел. А меня снедает любопытство. Есть мнение, что во всем этом замешаны крупные шишки.
— Если ее когда-нибудь не пришьют, то я Паганини, — пророчески изрек Тадеуш и, поморщившись, сел за стол, где были разбросаны эскизы.
— А мне-то казалось, ты без ума от милиции! — фыркнула Эва.
— Да при чем здесь милиция? Добросовестная милиция такую малину с удовольствием бы ликвиднула. На мой взгляд, здесь орудуют важные лица.






