ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Героиню этой повести зовут Маргаритой, но когда она была маленькой, она сама переиначила свое имя. Сейчас она уже большая, ей скоро исполнится семь, но она так и осталась для всех Мадикен. А Маргарито... Летний день в Юнибаккене Мадикен живет в большом красном доме возле речки. Еще там живут мама и папа, сестричка Лисабет, черный пудель Сассо и котенок Гося. Да еще Альва. Мадикен и Лисабет живут в детской, Альва в комнате для прислуги, Сассо в прихожей, где стоит его корзинка, а Гося на кухне около плиты. Мама живет во всем доме, где угодно, и папа тоже, но только он каждый день уходит в газету, сидит там и пишет, чтобы людям было что почитать. По-настоящему Мадикен зовут Маргаритой. Но когда она была маленькой, она сама переиначила свое имя. Сейчас она уже большая, ей скоро исполнится семь, но она так и осталась для всех Мадикен. А Маргаритой ее называют только тогда, когда она что-нибудь натворит и ей строго выговаривают за провинность. И называют ее так довольно часто. Элисабет всегда зовут Лисабет, она не доставляет старшим столько хлопот, и ее гораздо реже приходится отчитывать. Зато у Мадикен на уме одни проказы, а что из них получится, она наперед не думает и только уж после начинает жалеть и раскаиваться. Мадикен очень хочет быть хорошей и послушной девочкой, но у нее никак не получается! — Что за ребенок! — говорит Линус Ида. — Больно скора на проказы. Поросенок моргнуть не успеет, а у нее уже — раз, и готово! Сущую правду говорит Линус Ида! Линус Ида приходит в дом по пятницам стирать и мыть полы. Сегодня тоже пятница, и Мадикен сидит на мостках и смотрит, как Линус Ида полощет в речке белье. У Мадикен радостно на душе, у нее полный кармашек желтых слив — бери и ешь сколько хочешь. Мадикен болтает ногами в воде и поет Линус Иде песенку: А Б В Г Снег был на дворе, Кошка по снегу прошла — То, мой друг, любовь была, Д Е Ж З Рассказала мне, Рассказала мне она, Т

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Как его надо изображать, она знает от Аббе. Правда, Аббе ни разу в жизни не видел и не слышал аэроплана, но все равно, уж он-то знает, Аббе все знает.

— Тырр-тырр-тырр, — тарахтит Мадикен.

— Ой! — вскрикивает Лисабет.

И Мадикен полетела. Она заносит ногу в пустоту, один шаг и — «бумс».

— Ужас как ты быстро! — кричит Лисабет.

Она ползет по крыше на животе и заглядывает через край. Где же Мадикен?

А Мадикен неподвижно лежит, уткнувшись лицом в землю, и молчит. Рядом — зонт с переломленной ручкой.

— Что с тобой, Мадикен? — кричит Лисабет. — Ты умерла?

Мадикен не отвечает.

— Мадикен, скажи, ты не умерла? — кричит в страхе Лисабет.

Но Мадикен опять не отвечает. Тогда Лисабет поднимает громкий рев.

— Мама! — захлебывается плачем Лисабет. — Мамочка!

Сейчас ей так страшно, словно она осталась одна на всем белом свете. И с крыши-то ей никак не слезть. На истошные вопли бедной Лисабет высовывается из окна дядя Нильссон.

— Что ты делаешь на крыше? Что это ты там разоралась?

— Мадикен умерла! — вопит Лисабет. — Мадикен умерла!

Тут уж дядя Нильссон второпях выскакивает из окна и сигает через забор.

Опустившись около Мадикен на колени, он поворачивает к себе ее бледное личико и видит на лбу кровь.

В этот миг на помощь подоспела Альва. Едва бросив взгляд на Мадикен, она останавливается как вкопанная и начинает душераздирающе голосить:

— Да что же это за горе на нашу голову!

Дядя Нильссон мрачно кивает.

— Все кончено, — изрекает он глухо. — Нет больше Мадикен.

Тут уж Мадикен задает им Великое Землетрясение. Так папа называет скандалы, которые закатывает Мадикен, когда она не помнит себя от ярости и отчаяния. Слезы брызжут у нее из глаз, и она орет на весь дом:

— Я хочу на экскурсию! Я поеду на экскурсию! У-у-у, лучше бы я умерла!

Лисабет с интересом наблюдает и пытается ее утешить:

— В моей школе у всех детей было сотрясение мозга, и никто не пойдет на экскурсию.

Мама тоже пытается утихомирить Мадикен:

— Если ты будешь так плакать, у тебя еще больше разболится голова.

— Пускай! Мне все равно! — вопит Мадикен. — Лучше бы я умерла!

Расстроенная мама встает и уходит из комнаты. Линус Ида занята на кухне, она помогает Альве варить яблочное повидло. Услышав дикие крики, она идет наверх в детскую и, строго глядя на Мадикен, говорит:

— Право слово, Мадикен, ты ведешь себя безбожно! Помни о своем Создателе смолоду, сказано в Писании. Так вот ты и вспомни о нем, вместо того чтобы призывать к себе смерть!

Но Мадикен ни о чем не желает помнить, кроме экскурсии, и она кричит на Линус Иду:

— Оставьте меня в покое!

Линус Ида озабоченно качает головой.

— Вот оно что! — говорит она. — Знакомая песенка! Как видно, к нам опять пожаловал Себастьян Нигге.

Для Линус Иды нет никого хуже Себастьяна Нигге.