Вот они уже пришли… Сейчас войдут!
Дверь отворяется, кто-то входит, вот он уже на пороге. Но вместо могучего полицейского на пороге показывается совсем маленький человечек. Лисабет! Мадикен глядит на нее расширенными глазами — она! Лисабет! Неужели же это правда? Всхлипнув, Мадикен протягивает к ней руки, ей хочется потрогать Лисабет, обнять ее, увериться, что это действительно она. Мадикен хочет прижать ее к себе крепко-крепко. Ах! Как же она ее сильно любит!
Полная раскаяния и любви, Мадикен жадно протягивает к ней руки, и Лисабет устремляется в ее объятия. Но, подбежав к Мадикен, она ее толкает кулачком:
— Подвинься-ка, я тоже хочу посмотреть на водочную реку, ты без меня уже насмотрелась!
Лисабет вскарабкивается повыше, встает на коленки и принимается разглядывать водочную реку и извергающийся вулкан. А Мадикен смотрит только на Лисабет, все время только на нее.
— Ты что, убежала, что ли, от работорговца? — спрашивает она смущенно, в душе гордясь своей сестренкой. Подумать только, до чего же та храбрая!
— Какой там работорговец, — говорит Лисабет. — Да ну его! Мы ведь уже в это не играем. А мне Аббе дал сладкого кренделька. Что, выкусила? Тебе-то не дали!
Мадикен глядит на нее во все глаза.
— Аббе! Так это Аббе выпустил тебя из колодца?
Лисабет не сводит глаз с водочной реки, она почти и не слышит, что ей говорит Мадикен.
— В жизни не видала лучшей картины! — уверяет она сестру.
— Так это был Аббе? — повторяет Мадикен свой вопрос.
— Ну да, конечно! И я съела кренделек, вот… А знаешь что, Мадикен? Если бы я свалилась в водочную реку, я бы поплыла пятью разными способами и выплыла бы, Ты же знаешь, что я уже научилась плавать пятью способами?
— Знаю, — говорит Мадикен. — Ты, Лисабет, у нас молодец, а вот Аббе — жулик!
Над Юнибаккеном опустился вечер. Уснул красный дом над рекой. Солнце только что зашло. Среди берез сгущаются сумерки — голубоватые сумерки, ведь сейчас весна. Нарциссы так и светятся белизной и пахнут так душисто. Березки, облаченные в прозрачные зеленые покрывала, стоят во всей красе под ясным весенним небом, которое дышит прохладой. Кругом тишина. Только что воздух еще звенел от птичьих голосов, и вот уже все птички уснули, спрятавшись по гнездышкам и скворечням.
Но какие-то звуки раздаются в этой тишине. За стенами красного дома поют несколько голосов. И вот что они поют:
Вечер прекрасный,
Мирный покой.
Если встать под окном детской, можно послушать пение. Так и есть, там кто-то стоит. Худощавый парнишка с лохматой нестриженой головой, которая белеет в темноте, слушает, притаившись за кустом ракитника. Не однажды он уже приходил сюда постоять под окном. Аббе любит пение. Никто не знает, что он тут прячется. Он скоро уйдет, осторожно ступая на цыпочках, чтобы не передавить нарциссы.






