Если не учитывать жесткого разделения на: бедные внизу, богатые вверху, то получилась этакая смесь стадионного и уличного вариантов концерта. Забыл упомянуть, доблестные бойцы армии Алькасара окружали сцену так плотно, что проскочить мимо казалось чем-то невозможным.
- Милорд, а факиры будут? - спросила Хани, ждавшая начала с нетерпением.
- А разве в программке не написано? - Какой вопрос, такой ответ.
Признаюсь, поглядеть на правителей Алькасара, мне хотелось намного больше, чем на долгожданное представление, каким бы грандиозным оно не обещало быть. Впереди на белых лошадях ехали старик в алой, словно кровь, мантии и белокурый толстяк, одетый пёстро, как самый настоящий попугай. При помощи подоспевших телохранителей он слез с коня и поднялся вместе с Мутнодумом на сцену. Мне удалось хорошенько рассмотреть обоих, поскольку разделяло нас не больше десяти метров. Морщинистое лицо Мутнодума прикрывала короткая седая борода, на груди висел массивный амулет, в руке его хозяина умостился черный посох с большим красным камнем на конце. Волшебник посмотрел в нашу сторону, он выглядел мрачным и серьёзным, в отличие от улыбавшегося Хариеша. Если честно, то имя подходило принцу как нельзя кстати: круглая щекастая морда с огромными губами и маленькими глазёнками. Толстяк обратился к колдуну, после чего тот взмахнул магическим посохом над Хариешем и произнёс короткое заклинание.
- Что он сделал? - вырвалось у меня.
- Первый раз в столице? А по одёжке не скажешь! - удивился кучерявый парниша, стоявший рядом. - Могущественный Мутнодум усилил голос лучезарного Хариеша, чтобы все могли слышать его праведные речи.
Какими бы громкими эпитетами он не называл советника и принца, почтения в словах не было ни капли.
- Я безумно рад приветствовать жителей великого и славного Алькасара на ежегодном празднике Огня, - голос Хариеша раздавался на всю площадь. - Надеюсь, он станет для вас незабываемым...
И бла, бла, бла. Толстяк, будто проповедник секты, делал всё, чтобы люди потянулись к нему: обещал накормить каждого в столице, помочь нищим новым жильём, существенно снизить налоги ремесленникам и торговцам, улучшить условия в армии... Говорил он лаконично, красиво, но с фальшем. Некоторые чувствовали это, но кто-то всё равно верил. Да уж, в мир попал другой, но проблемы здесь точно такие же.
Как только он окончил клясться народу в любви и верности, то поспешил умоститься на почетном месте в центре трибуны. Появились артисты. Разодетые в костюмы животных, они дали музыкальное представление. Волки играли на лютнях, бараны на флейтах, а высокий медведь в бубен стучал. Думаю, с последним я погорячился, перефразируем на: "звенел бубном", а то посчитаете, что они мордобой устроили.






