ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Виртуальный мир «Небесного Края» становится смертельной ловушкой для игрока, потерявшего память. На Анвера объявлена охота, и остается только один выход – бросить вызов Империи. Мечи и магия, всемо... Беглец Валерий Пылаев © Пылаев В., 2016 © Оформление. ООО «Издательство «Э», 2016 Половины из произнесенных ею слов я не понимал. Видимо, она догадалась об этом по моему удивленному лицу, поэтому пояснила: – Просто не давай никому подойти ко мне. Дальше сама справлюсь. – Девушка достала из-за спины легкий лук. – У тебя хоть что-то есть? – Нету. – Я смущенно развел руками. – Ты точно какой-то странный, – вздохнула эльфийка. – На, держи. Но потом отдашь, как в город придем, – у меня сейчас каждая монетка на счету. С этими словами она протянула мне кинжал в потертых ножнах, на которых болтался узенький ремешок. Я кое-как пристроил его себе на пояс и вытащил оружие. Клинок был недлинным – примерно с две мои ладони, но широким и неожиданно увесистым. Простая рукоять, обмотанная полосками кожи, и тусклое тупое лезвие с зазубринами. И все же я почему-то почувствовал себя увереннее. – Спасибо, – поблагодарил я девушку. – Кстати, как тебя зовут? – Ты что, читать не умеешь? – удивилась она. – Я Лита. Вот же написано. – Лучница ткнула пальцем в воздух прямо над своей головой. И у тебя тоже, Анвер. Анвер. Отлично. Что ж, хотя бы имя у меня было. Странное, как все, что происходило. Я понятия не имел, откуда взялась эта уверенность, но что-то настойчиво подсказывало, что звали меня совсем не так. И что меня вообще не должно было быть здесь, среди огромных деревьев, чьи кроны подпирали небо. Однако делиться этими мыслями с новоприобретенной спутницей явно не следовало. Она и так, похоже, уже жалела, что дала оружие в руки незнакомому мужику с седыми космами. Впрочем, я едва ли смог бы как-то ей навредить. Длинная кольчуга покрывала тело эльфийки почти до колен, легкие кожаные сапоги на

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Не-а, – внезапно подал голос щитоносец. – Я точно помню. Ты говорила – встретить здоровенного седого бородача у восточных ворот и ни за что не отпускать до твоего прихода, ну мы и…

– Да-да, верно, – подхватил орк Славик. – За него ж три куска дают, ну мы и подумали, что ты хочешь его изловить…

– Да какие три куска? – заорала эльфийка, но ребят было уже не остановить. Человек в железной кирасе, эльф и орк громко ржали, запрокинув головы вверх.

– Блин, ты как-нибудь поточнее формулируй в следующий раз, – произнес Лютый, давясь от смеха. – А то сказала: найти и не отпускать – мы и не отпускали.

– Ребят, – вдруг подала голос девушка-лекарь, указывая рукой куда-то мне за спину. – Они, случайно, не по его душу?

Из ворот города вышагивала целая колонна стражников. Но и это было еще не все: точно такая же колонна двигалась к нам по мосту и с противоположной стороны.

– Ну ни хрена ж себе, – выдавил мгновенно посерьезневший орк. – Беда. Че делать будем?

Мы дружно переглянулись. Похоже, умных мыслей ни у кого не было.

– Анвер, – заговорила Лита после недолгого молчания. – Ты только не обижайся на меня, пожалуйста.

Последнее, что я увидел, был наконечник ее стрелы, наставленный прямо мне в лоб. Потом моя голова взорвалась вспышкой боли, и все исчезло.

Глава 5

Умирать не страшно. Само понятие «страх» – как и понятие «боль» – неотделимо от жизни. Если ты чего-то боишься, если чувствуешь на своем теле колотые раны, порезы и ожоги, можешь быть уверен – ты еще жив. И только когда пересекаешь незримую черту, за которой все это пропадает, ты умираешь по-настоящему. Окончательно и бесповоротно. И никому из когда-либо живших людей, за исключением разве что персонажей мифических, с того света возвращаться не приходилось. Смерть – знак равенства – конец. Без вариантов.

Первое, что я увидел, открыв глаза, был потолок какой-то полутемной комнатушки. Грубые неотесанные доски, небрежно подогнанные друг к другу, трещины в них и паутина в углу. На мгновение мне показалось, что все, что происходило со мной за последний день, – не более чем сон. Сказочный или кошмарный – это как посмотреть. Но едва заметные полоски и значки в уголках глаз упрямо свидетельствовали об обратном. Я в игре, я умер, и я восстал из мертвых. Или, как говорят геймеры, отреспаунился после того, как Лита в упор выстрелила в меня из лука.

Предательство? Или все же что-то другое? Я лежал на узкой деревянной койке полностью одетый, мой меч и броня никуда не делись, решетки на окнах отсутствовали. Из-за полуоткрытой двери лился тусклый свет. Судя по звукам, доносившимся оттуда, в соседней комнате кто-то был. Я аккуратно спустил ноги на пол и на всякий случай проверил, легко ли вынимается из ножен Хлеборез.