Больше всего мне хотелось помочь тебе, Эмили. Ты была единственной выжившей, о ком я знал, и я хотел тебя спасти. И я ничего не выдумал. Все, что я рассказал тебе о путешествии на север, было правдой, и ты в этом убедилась. Тут я тебе ни словом не солгал.
Эмили нагнулась и поцеловала плачущую девочку в лоб.
– Все хорошо. Все хорошо, – твердила она, не понимая, кого уговаривает, Рианнон или себя.
Чему она должна была верить? Джейкоб не лгал, говоря о том, что холод сдерживает распространение инопланетной инфекции, в этом нет сомнений, но все остальное имело тонкий налет фальши. И как ему после этого доверять? И куда идти? Куда она вообще может пойти? Господи! Ступив на этот остров, Эмили думала, что боль и стресс остались позади, но вместо этого на нее свалился целый пакет нового дерьма. Получите и распишитесь.
– Ты вынудил меня ехать сюда на траханном велосипеде, Джейкоб, – прошептала она с тяжелым разочарованием в голосе. Гнев начал уходить, уступая место опустошенности.
Джейкоб подъехал поближе.
– Послушай, – сказал он, не повышая голоса, – я знаю, что облажался, когда не сказал тебе всего. Я правда сожалею об этом. Но теперь ты тут. Теперь ты в безопасности, и я знаю, как нам быть дальше. Мы можем разобраться со всем, что происходит, клянусь тебе.
Эмили всегда (во всяком случае, до сегодняшнего дня) считала, что неплохо разбирается в людях. Будучи журналистом, она оттачивала это свое качество, будто инструмент, чтобы оно хорошо ей служило. Подняв глаза от Рианнон, она встретилась взглядом с Джейкобом. В его глазах не было жестокости. Не было обмана. Страх? Да. Сожаление? Может быть.
– Прости, – наконец сказал он.
Нарушив повисшую в доме тишину, откуда-то из других комнат до них донеслись странные звуки. Там что-то загудело и зашипело, напоминая помехи, возникающие, когда настраиваешь приемник в АМ-диапазоне. Гудение стало громче, потом – тише, потом снова громче, словно приемник в конце концов поймал нужную станцию, и превратилось в искаженный человеческий голос:
«Вызывает зЗЗЗЗззЗЗЗззззз ВМ ЗЗзззЗЗЗззз. Вы ззЗЗЗззЗЗз меня?»
Трое находившихся в комнате людей вскинули глаза. На лице Джейкоба появилось ошеломленное, недоверчивое выражение, и Эмили была уверена, что на ее собственной физиономии написано то же самое.
Голос был мужским, но из-за гула помех журналистка могла разобрать лишь отдельные слова.
– Кто это? – спросила Рианнон, тыльной стороной руки вытирая слезы и сопли.
Словно в ответ на ее вопрос, снова раздалось гудение, а потом в коридоре громко и четко загремел мужской голос:
– Говорит Эдвард Константин, капитан подводной лодки ВМС королевского флота «Вендженс» ее величества.






