ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Молодая репортерша Эмили Бакстер оказалась одной из немногих переживших красный дождь, вызванный пришельцами и уничтоживший человечество. Но на смену потопу и вызванной им эпидемии приходит еще бол... Исход Пол Энтони Джонс Paul Antony Jones Exodus Серия «Сотня» © 2013, Paul Antony Jones. All rights reserved © Оксана Ветловская, обложка, 2015 © Ольга Кидвати, перевод, 2015 © ООО «Издательство АСТ», 2015 Если верить станционной телеметрической системе, МКС находилась в настоящее время над южной частью Атлантического океана, быстро двигаясь в сторону Намибии. Пролетев над континентом, который когда-то дал человечеству жизнь, станция пройдет над Европой, а потом – над Центральной Россией. За два месяца в космосе Фиона видела множество восходов, и каждый из них был по-своему особенным, поскольку станция всякий раз находилась в новом месте над поверхностью планеты. Но в день, когда настал конец света, восход выглядел непохожим на остальные по другой причине. Сперва капитан Муллиган подумала, что уникальность этого восхода – всего лишь разновидность оптической иллюзии, игра света, отразившегося от низких облаков, словно одеяло, затянувших почти всю поверхность планеты. А может, дело было в полярном сиянии, озарявшем северную часть Земли. Но, продолжая наблюдать за происходящим далеко внизу, Фиона поняла, что там творится нечто совершенно иное и абсолютно экстраординарное. За быстро продвигающимся фронтом рассвета тянулась искрящаяся красная полоса. Вначале это была едва различимая, тонюсенькая линия к югу от Индонезии, которая расширялась по мере приближения к Финляндии. Проводив полосу взглядом, Фиона увидела, что та постепенно расширялась: над экватором висела изрядной ширины багряная завеса, которая, по ее прикидкам, была никак не уже тридцати миль. Над тропиком Козерога красная полоса снова начинала сужаться, превращаясь в тонкую ниточку, исчезавшую где-то над Северным

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

А ведь ей, конечно, должно быть слышно, как лупит по черепичной крыше дождь, ведь чердака в доме не было, и над головой Эмили тянулись лишь массивные балки. Журналистка была уверена, что, взбираясь на холм, они опережали грозу всего на несколько секунд. Эмили снова бросила взгляд в окно: небо было обложено, но над лощиной по-прежнему отсутствовали какие бы то ни было признаки грозы, и деревья стояли недвижимо, будто гигантские каменные изваяния.

Небо за окном на мгновение осветилось, но Эмили не увидела молнии. Зато она услышала раздавшийся через секунду удар грома; от звуковой волны задребезжали стекла, а бедный Тор, который жался к ее ногам, упал на живот.

Эмили давно поняла, что этот пес – просто какой-то клубок противоречий. Невероятно доблестный зверь, который в буквальном смысле вырвал ее из пасти смерти, превратился вдруг в дрожащего щенка, и все потому, что за стенами дома бушевала гроза.

– Ну, думаю, теперь мы знаем, что представляет собой твой криптонит, верно, суперпес?

Но Тор совершенно определенно не желал видеть смешной стороны происходящего и продолжал жаться к ее ногам.

– Ладно, постараемся извлечь из ситуации максимум выгоды. Давай-ка поедим.

* * *

Покинув Манхэттен, Эмили каждый вечер звонила Джейкобу по спутниковому телефону. Она взяла его в редакции газеты, где работала до катастрофы. Джейкоб делал вид, будто эта вечерняя рутина нужна для того, чтобы он был в курсе дел Эмили и не беспокоился о ней, но сама она знала, что ученый таким образом помогает ей не терять связи с реальностью. Если бы не этот далекий, но неизменно доброжелательный голос Джейкоба да еще Тор, она легко могла бы забыть обо всех своих целях.

В трубке шипело и шли гудки. В последние дни качество связи неуклонно становилось все хуже и хуже. Эмили не знала, в чем дело: то ли в проблемах со спутником, который остался теперь бесхозным, то ли в красной буре. Так или иначе, это не могло не тревожить.

– Привет, Эмили. – Голос Джейкоба звучал откуда-то издалека, слышимость то улучшалась, то ухудшалась.

Эмили быстренько рассказала ему о своем дне и о жестокой грозе, вынудившей ее раньше времени искать место для ночевки.

– Знаешь, что самое странное? Гроза, кажется, обходит мою лощину, – поведала она.

Обычно ее истории очаровывали Джейкоба настолько, что он никак не пытался их оспорить, а наоборот, старался подыскать им логическое объяснение. Но на этот раз он не стал строить никаких предположений, и Эмили спросила, все ли в порядке.

Он помолчал, прежде чем ответить.

– Нет. Здешняя обстановка становится несколько… напряженной, – признался он. – Первый шок от того, что случилось, прошел, и нам становится все тяжелее. Я… то есть мы все потеряли жен, семьи. Думаю, надежды на то, что есть еще выжившие, очень мало.