ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Человек социален, сексуален и знает о том, что смертен (это три кита психоанализа). Основатель теории психоанализа Зигмунд Фрейд разработал трехкомпонентную структурную модель человеческой психики... Peter Gay FREUD A Life for Our Time © Copyright © 2006, 1998, 1988 by Peter Gay © Гольдберг Ю., перевод на русский язык, 2015 © Издание на русском языке. ООО «Издательская Группа «Азбука-Аттикус», 2016 КоЛибри >® Спешу предупредить, что эта книга написана в позитивных тонах. Я восхищаюсь Зигмундом Фрейдом и его работами, причем как человеком по большей части благодаря его свершениям. Тем не менее я верю, что моя книга не стала панегириком Фрейду. Я все время помнил о том, что он был всего лишь человеком, и поэтому открыт для скептических вопросов; неумеренное восхищение, которым первые – особенно – сторонники встречали каждое заявление Фрейда, словно он был непогрешимым верховным жрецом психоанализа, принесло лишь вред. В частности, в последние годы его теория толкования сновидений стала предметом широкой (и безрезультатной!) дискуссии. Как говорится, присяжные еще совещаются. Более того, в наследии Фрейда остались вопросы, в которых свидетельства слишком фрагментарны или противоречивы, чтобы делать окончательные выводы. Например, действительно ли у основателя психоанализа был роман с сестрой его жены Марты? Но мне представляется, о чем будет сказано ниже, что ответ на этот вопрос почти ничего не меняет: идеи Фрейда не становятся более либо менее убедительными в зависимости от того, имелась у них любовная связь или нет. Я оставил этот вопрос открытым, хотя придерживаюсь мнения, что отношения между ними оставались чисто дружескими. Тем не менее, не желая скатываться к догматизму, я отметил, что неопровержимые свидетельства обратного убедят меня в необходимости изменить несколько абзацев. Другой пример – странный анализ личности 28-го президента США Вудро Вильсона, выполнен

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Архив Макса Шура в Библиотеке конгресса, который мне посчастливилось исследовать первому, обогатил главы 11 и 12. Ингеборг Мейер-Пальмедо из издательства S. Fischer Verlag взяла на себя труд прислать мне скорректированную версию переписки Фрейда и Эдуардо Вейсса. Особую благодарность я также хочу выразить Ильзе Грубрих-Симитис – психоаналитику, издателю, писателю – за письма, беседы и огромную любезность в предоставлении мне корректурных гранок важных текстов (таких, как письма Фрейда к Флиссу в оригинале на немецком) задолго до того, как они становились достоянием публики. Ей известно, что наше видение Фрейда совпадает, однако она не слишком прояснила для меня этого Фрейда.

Друзья раз за разом давали мне стимулы для содержательной беседы или переписки. Дженет Малкольм, чьи остроумные и точные книги по психоанализу просвещали несведущих и доставляли удовольствие сведущим, была непревзойденным собеседником, от разговора с которым получаешь истинное удовольствие. Катвансы, Джеки и Габи, были просто очаровательны. Ильза Эрлих, практикующий психоаналитик и добрый друг, с которой я больше десяти лет обсуждал Фрейда, прислала свою статью, раскрывшую мне глаза, и указала, где найти другие подобные материалы. Элиза Снайдер была моим верным помощником, открывая для меня всевозможные двери (и не только). На протяжении многих лет Сюзанна Барроуз делала мою жизнь ученого легче и гораздо приятнее. Питер Левенберг, который давно благоволил мне и моей работе, исследовал теоретические вопросы, присылал оттиски и снабжал указателями к источникам информации. Джульетт Л. Джордж и ее муж Александр существенно обогатили мое понимание совместного исследования Фрейдом и Буллитом Вудро Вильсона. Джо Кац рассказал мне интересные и правдивые истории об Анне Фрейд, которые я мог использовать в работе. Джозеф Голдстейн оказывал мне поддержку и, должен признаться, помог изменить к лучшему свое отношение к психоанализу. То же самое относится к Альберту Дж. Солниту, моему коллеге и другу, перед которым я в огромном долгу за своевременную поддержку, точную информацию и быстрый доступ к редким материалам. С Эрнстом Прелингером мы больше десяти лет вели плодотворные дискуссии о Фрейде; он оставил свой след в этой книге. Мой друг, ныне покойный Ричард Эллман, чья потрясающая биография Джеймса Джойса служила для меня образцом и чье отсутствие я остро ощущаю, прояснил несколько туманных моментов. Мартин С. Бергман показал мне рукопись своего психоаналитическо-исторического исследования о любви, присылал ценные оттиски статей и, вместе с Мари Бергман, поддерживал наши беседы о Фрейде.