Мулоп остановил панду нежным движением щупальца, положив его на лапу.
– Старый друг, – произнес он. – Есть еще кое-что, о чем я знаю. И сожалею об этом.
Джи покачала головой, серебряные глаза панды были полны печали.
– Что это? – спросила Мейлин. – О чем ты?
– Ужасная вещь, – ответил Малоп. И уставил на нее свои зеленые глазищи. – Пожелай себе стать добрее, маленький воин.
Мейлин нахмурилась, как будто она хотела возразить, но знала, что этого не нужно делать.
Мулоп осел в воду, погрузившись до самых глаз.
– Лучше идите, и побыстрее, – сказал он. – Время коротко, корабли – длинны, врагов множество, и вы несете великую ношу, крошечные человечки.
– Спасибо еще раз, – сказала Абеке. Ураза вернулась в спячку, и девочка повернулась, намереваясь карабкаться наверх по выступающим камням.
– Удачи, Конор, – помахал ему Роллан.
Конор сел на край скалы и опустил ноги в сияющую синюю воду. Она была теплой, хотя он ощутил холодные подводные течения; грот просматривался на большую глубину, где сплетались щупальца осьминога. Казалось, дна не было; мальчик почувствовал, что может упасть туда, вниз, и опускаться столетиями.
Потрогав Кораллового осьминога, Конор глубоко вдохнул и нырнул.
Вода, прохладная и с пузырьками, сомкнулась над его головой. Тело немедленно запаниковало – хотелось дернуть ногами и рвануться вверх, к воздуху.
«Доверься талисману». Это были голос Мулопа, и голос Тарика, и собственный голос, они все звучали у него в голове, руководя им.
Он заставил себя вдохнуть, хотя его легкие вопили: «Нет, это вода, ты погибнешь!»
Вдох. Второй. Так же, как дышать воздухом, никакого отличия, хотя отчасти он все-таки возмущался от ощущения проходящей с шумом через нос, легкие, рот воды. Третий вдох, четвертый, дело пошло на лад. Его разум приспособился к странности, и вдруг все стало нормальным.
Ну, возможно, не вполне нормальным – он находился под водой, но впервые мог не бояться этого. Он не мог утонуть, только не с Коралловым осьминогом. Мог плыть так хоть через весь океан, если бы захотел (до тех пор, пока удавалось бы не думать об акулах), и совсем не нужно было бояться, что вода сомкнется над головой и утащит ко дну.
«Интересно, а спать под водой я бы наловчился?» – шаловливо подумал Конор. Дед рассказывал ему раньше о водяных духах, которые обитали в озерах и реках. «Теперь я и впрямь могу стать одним из них!»
Громадное тело Мулопа было рядом, и Конор видел щупальце, указывавшее на выход, через который проникал тонкий голубой луч. Он сделал гребок и оттолкнулся так сильно, как только смог, жалея, что не умеет плавать лучше. Возле обладающего естественной красотой в движениях под водой Мулопа он сознавал свои неуклюжесть и неповоротливость.
Наконец он добрался до дыры и ухватился за края руками.






