Они не поверят, чтобы волк мог стать добрым. Я знаю, что такое родители.
— Да, — согласилась Дельфина, — лучше тебе не задерживаться. Я боялась бы, как бы с тобой чего не случилось.
Трое друзей уговорились встретиться в следующий четверг. Последовали новые дружеские излияния и уверения. После того как младшая привязала ему на шею голубой бант, волк убежал и скрылся в лесу.
Больная лапа еще мучила его, но при мысли о будущем четверге, когда он снова придет к девочкам, он напевал, не обращая внимания на возмущение ворон, дремавших на самых высоких ветках:
Кум Гильери,
Неужели ты помрешь…
Вернувшись, родители стали принюхиваться еще с порога кухни.
— Здесь как будто волком пахнет, — сказали они.
Девочки сочли нужным солгать и сделать удивленное лицо; так всегда бывает, когда волка принимают тайком от родителей.
— Как вы можете слышать волчий запах? — возразила Дельфина. — Если бы волк зашел в кухню, мы были бы съедены.
— Это верно, — согласился отец. — Я об этом не подумал. Волк бы вас сожрал.
Но младшая, которая не умела врать два раза подряд, возмутилась, что о волке смеют так враждебно отзываться.
— Неправда, — заявила она, топнув ножкой, — волк не ест детей, и он вовсе не злой. Иначе бы он…
К счастью, Дельфина пнула ее ногой, а то она бы все разболтала.
Родители пустились в длинные рассуждения о прожорливости волка. Мать захотела этим воспользоваться, чтобы лишний раз рассказать историю Красной Шапочки, но не успела она сказать двух слов, как Маринетта прервала ее:
— Знаешь, мама, все произошло совсем не так, как ты думаешь. Волк вовсе не проглотил бабушку. Ты же понимаешь, что он не стал бы загружать себе желудок перед тем, как съесть на завтрак свеженькую девочку.
— И потом, — добавила Дельфина, — нельзя же вечно сердиться на волка.
— Это старая история…
— Грех молодости.
— А всякому греху — прощение.
— Волк уже не тот, что прежде.
— Никто не имеет права мешать добрым намерениям.
Родители ушам своим не верили. Отец положил конец этому неуместному заступничеству, заявив дочкам, что у них ветер в голове. Потом он постарался показать им на тщательно подобранных примерах, что волк всегда останется волком, что надеяться на его исправление неразумно и что если он когда-нибудь и притворится добрым, то от этого он станет еще опаснее.
Пока он говорил, девочки думали о том, как весело они играли в лошадки и в палочку-выручалочку и как радовался волк, разинув пасть и задыхаясь от смеха.
— Вот и видно, — заключил отец, — что вы никогда не имели дела с волком.
Тут младшая подтолкнула сестру локтем, и обе расхохотались ему прямо в лицо. В наказание за дерзость их отправили спать без ужина, но еще долго после того, как их уложили в постель, они все еще смеялись над наивностью родителей.






