ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Путешествие в иные миры. Одиночка Константин Викторович Шаров Пролог Жил да был один паренек, ходил в школу, увлекался самоделками. Отец — инженер, мать — научный сотрудник. Грянула перестройка, учителя в школах разбежались, отец и мать взялись за ум сына, подтянули, подучили, а он взял — и в армию. Два года прошло как один день, и вышел из паренька дембель. Новая форма, на груди медалька лучшего стрелка, на плечах сержантские погоны, а в голове — пусто и контракт сверхсрочника на пять лет службы в рюкзаке. А пограничные войска, как оказалось, есть и на границе Чечни. Там они даже более востребованы, чем в других местах. Хлебнуть удалось всякого, но судьба хранила. Кому суждено быть повешенным, утонуть не грозит. Но всё когда-нибудь заканчивается, закончилась и служба. Продлять контракт не стал. В рюкзаке уже не обоймы, а учебники. Пора и за ум взяться. И вот Москва, столица, все куда-то спешат, суетятся, а его путь — по стопам отца, в МГТУ им. Баумана на факультет Фундаментальных Наук. Знания за последние полгода освежены основательно, и экзамены сданы на «отлично». Первый год пролетел незаметно, оставив за бортом не сумевших одолеть бурные реки научных знаний. Но некоторые нашли рядом с собой спасательный круг в виде паренька постарше, который не отказывается сделать курсач одногруппнику, и даже денег за это не возьмёт. К третьему курсу деньги пришлось всё же брать, а то иначе некоторые личности начали считать лохом и навязывать своё мнение окружающим. К пятому курсу он перешёл уже исключительно на дипломные работы — денег это давало куда больше, да и интереснее. Не за горами уже виднелась аспирантура, благо кандидатскую можно не делать, выбирай любую из трёх заготовленных впрок, но судьба… * * * Пока Игорь Иванович Сотов, двадцати девяти лет от роду, давал себе страшную и не рушимую клятву

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Одиночка

Константин Викторович Шаров

Пролог

Жил да был один паренек, ходил в школу, увлекался самоделками. Отец — инженер, мать — научный сотрудник. Грянула перестройка, учителя в школах разбежались, отец и мать взялись за ум сына, подтянули, подучили, а он взял — и в армию.

Два года прошло как один день, и вышел из паренька дембель. Новая форма, на груди медалька лучшего стрелка, на плечах сержантские погоны, а в голове — пусто и контракт сверхсрочника на пять лет службы в рюкзаке.

А пограничные войска, как оказалось, есть и на границе Чечни. Там они даже более востребованы, чем в других местах. Хлебнуть удалось всякого, но судьба хранила. Кому суждено быть повешенным, утонуть не грозит.

Но всё когда-нибудь заканчивается, закончилась и служба. Продлять контракт не стал. В рюкзаке уже не обоймы, а учебники. Пора и за ум взяться.

И вот Москва, столица, все куда-то спешат, суетятся, а его путь — по стопам отца, в МГТУ им. Баумана на факультет Фундаментальных Наук. Знания за последние полгода освежены основательно, и экзамены сданы на «отлично».

Первый год пролетел незаметно, оставив за бортом не сумевших одолеть бурные реки научных знаний. Но некоторые нашли рядом с собой спасательный круг в виде паренька постарше, который не отказывается сделать курсач одногруппнику, и даже денег за это не возьмёт.

К третьему курсу деньги пришлось всё же брать, а то иначе некоторые личности начали считать лохом и навязывать своё мнение окружающим. К пятому курсу он перешёл уже исключительно на дипломные работы — денег это давало куда больше, да и интереснее.

Не за горами уже виднелась аспирантура, благо кандидатскую можно не делать, выбирай любую из трёх заготовленных впрок, но судьба…

* * *

Пока Игорь Иванович Сотов, двадцати девяти лет от роду, давал себе страшную и не рушимую клятву трезвости, события принимали необычный и весьма неприятный для отдельной камеры вытрезвителя оборот. По короткому коридору прогрохотал десяток ботинок большого размера полувоенного образца. Ключ со скрипом провернулся в замочной скважине и дверь распахнулась. Заключенные и глазом не успели моргнуть как добрый десяток мужчин в пятнистом камуфляже, масках и с надписью «ОМОН» на спине подхватили по одному заключенному и выволокли из камеры. Таким же образом их протащили по участку к заднему выходу, вплотную к которому был запаркован большой грузовик. Заключённых протащили через открытую дверь в кузов и сноровисто приковали висящими на поручне наручниками к стене фургона.

Один из бомжей, увидев как других заключённых приковывают, стал вырываться, громко хрипя что-то нецензурное, но был быстро утихомирен ударом дубинки, мгновенно выхваченной конвоиром. За первым ударом последовал следующий и следующий.