ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Миллионерами мечтают стать многие, но только не брокер Алекс Рок. Его цель — заработать миллиард. Амбициозный молодой человек не боится играть по-крупному, однако блестящий план, который должен был... Миллиардер Питер Джеймс Посвящается Алексу, Дебби и Кэти Хочу поблагодарить за неоценимую помощь мою жену Джорджину, Алекса Хита, Гэри Монникендама, Лина Коулмана, Джеки Эдвардс, Сью Анселль, Рене-Джин Уилкин, Пола Лонгмора и Джесси (за то, что сгрыз не всю рукопись) Как приятно иметь деньги! Артур Хью Клаф (1819–1861) На той же неделе в газете «Таймс» опубликовали статью, в которой говорилось, что на книжном рынке не хватает шпионских триллеров. Решил испытать свои силы. Так появился «Шпионский тайник». К моему величайшему удивлению, книгу согласилось напечатать крупное британское издательство WH Allen. Но еще больше удивился, когда оказалось, что книга совсем не продается! Контракт был на две книги, поэтому написал второй шпионский триллер, «Ангел атомной бомбы». И снова такие же низкие продажи! В издательстве поспешили заверить, что проблема не в отсутствии у меня литературных способностей. Нет, все дело в неудачном моменте. Виноват Михаил Горбачев со своими перестройкой и гласностью. Советский Союз вот-вот должен был распасться, и до падения Берлинской стены оставалось всего несколько лет. Заканчивалась эра, когда русских принято было считать плохими парнями, поэтому шпионские триллеры больше никого не интересовали. По крайней мере, так мне объяснили сотрудники издательства. Нужно было искать другую нишу. Что-то, что соответствовало бы духу восьмидесятых и могло привлечь внимание более широкого круга читателей. Рассудил, что самая подходящая тема — деньги. Тогда все были буквально одержимы деньгами. Наступила эра богачей, «порше» и шампанского рекой. Эпоха потребления, достигшего небывалых масштабов. Фразу, наиболее точно выражающую тогдашние настроения, произнес гер

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

А ты за сколько продал?

— За четыреста двадцать семь фунтов.

— Да, не завидую…

На том конце провода стало тихо. Потом деловито защелкали кнопки калькулятора. Року же прибегать к помощи счетных устройств не требовалось. Он и так знал, какие убытки потерпел. Мог назвать всю сумму до последнего пенни. Рок потерял ровно полмиллиона — то есть те же деньги, что заработал на сделке с Миссхом.

— Шевелись, толстяк! Отмени продажу, и поскорее!

— Не могу, лимит не позволяет. Так что в ближайшие пять дней ничего не получится. Может, удастся провернуть дело, когда цена будет около пятисот сорока фунтов, да и то лишь потому, что обратиться собираюсь к одному своему должнику. Согласится оказать услугу — считай, что тебе повезло.

Рок произвел в уме подсчеты. Получалось, что в таком случае вся прибыль, которую он заработал на золоте, будет перекрыта убытками от кофе! До последнего пенни.

— Дерьмо! — закричал Рок, стуча кулаком по столу. — Дерьмо! Дерьмо! Дерьмо!

— Это что, товар, в который теперь будешь деньги вкладывать?

— Да-да, вот именно! — ответил Рок и швырнул трубку на рычаг с такой силой, что едва не сломал телефонный аппарат. Потом сел за стол и уставился на мигающие огоньки на коммутаторе. Хотя Милан находится на расстоянии тысячи миль от Лондона, Рок поклясться был готов, что Тео сейчас хохочет так, что жирные бока вот-вот лопнут. И все же, с улыбкой подумал Рок, случалось ему попадать в переделки и похуже. Учитывая все обстоятельства, можно сказать, что для него дело разрешилось вполне благополучно.

Глава 34

В восемь часов утра в четверг, через шесть дней после того, как Рок разговаривал по телефону с Тео Барбьеро-Рушем, председатель правления компании «Глобалэкс» подъехал к главному входу дома номер 88 на Минсинг-Лейн. Этим летом Англия буквально задыхалась от жары, однако с утра еще можно было насладиться приятной прохладой. Хотя на ясном небе не было ни единого облачка, солнце еще не начало припекать в полную силу. В такое утро у любого поднимется настроение. А у председателя правления «Глобалэкс» оно и вовсе было прекрасным.

На лифте он поднялся на шестой этаж и направился к себе в кабинет. Уборщицы уже успели взяться за работу. Когда председатель проходил мимо, они улыбались ему. Хотя кондиционер уже включили, он открыл окно и вдохнул полную грудь воздуха лондонского Сити, который казался ему упоительно прохладным и освежающим.

Председатель снял пиджак от Луи Феро и повесил на спинку внушительного кожаного кресла. Потом встал, опершись рукой о массивную столешницу из темно-коричневого стекла, и окинул взглядом кабинет. Он был рад, что все тут переделал по своему вкусу. Ему нравились кремовые стены, мебель из светлого дерева и толстый ковер от Дэвида Хикса с коричневыми и бежевыми геометрическими узорами.