ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Четвертый роман цикла "Страна Арманьяк". Александр Башибузук Страна Арманьяк Корсар ПРОЛОГ Множество разодетых придворных, разбившись на группки, вполголоса обсуждали прошедшие свадебные празднества и турниры. Неожиданно послышались четкие шаги, дворяне расступились в стороны и уставились на сухопарого мужчину в длинных замшевых ботфортах и черной кирасе, скромно украшенной золотой чеканкой. Образ завершал старомодный берет с тремя пышными павлиньими перьями, волнистые длинные волосы с легкой проседью, гордый профиль с внушительным горбатым носом, аккуратно подстриженная бородка, длинный узкий меч с роскошным эфесом и веселые наглые темно-карие глаза. На шее мужчины, в такт его шагам, мерно покачивался на скромной цепочке золотой орден, в виде стилизованной овечьей шкуры. Он уверенно чеканил шаг по навощенному палисандровому паркету, не обращая никакого внимания на основную массу придворных, но не забывал одаривать своей улыбкой некоторых дам и приветствовать легким кивком своих знакомых. Кавалер ордена Золотого Руна, баннерет Бургундии барон ван Гуттен, по совместительству гранд-камергер, отвечающий за личную охрану герцогини, помимо чинов и титулов имел много прозвищ, последним из которых было прозвище Гентский Палач, полученное совсем недавно. Он не был любимцем Бургундского Отеля*, мало того, большая часть придворных, люто ненавидела его и считала не боле чем зарвавшемся выскочкой. Нелюбовь объяснялась очень просто: барон был богат как Крез, был популярен у женщин и водил дружбу почти со всеми первыми лицами Отеля, щедро осыпавшими его своей благосклонностью. И даже новый герцог Бургундии и Фландрии, муж дочери покойного Карла Смелого, Максимилиан Габсбург, с какой-то стати, не стал обходить барона милостями. Вот и сейчас, с завистью думали дворяне, он призвал его пред свои сиятельные глаза, явно не для то

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мгновенно оценить последствия от разных вариантов ответа у меня не получилось, поэтому отключил мозги и отдался эмоциям. Была, не была...

- Мегг... когда я рядом с вами, мне хочется заколоть себя... - я слетел с кресла и стал на колено пред Мергерит. - Потому что муки испытываемые мной, воистину непереносимы...

Громко звякнул бокал, выпав из руки герцогини.

- Ибо я долго был вынужден скрывать свои чувства... - продолжил я и осторожно завладел ручкой Мергерит. - И даже сейчас, я не уверен в том, что могу раскрыть их пред вами...

- Говорите! - почти выкрикнула она судорожно сжав мою ладонь.

- Этим чувствам - имя любовь! - тихо и печально завершил я монолог и слегка прикоснулся губами к холодному как лед запястью герцогини.

Мергерит тихо вскрикнула, вырвала руку и испуганно откинулась на спинку кресла. Ее грудь стиснутая черным муаром корсета судорожно вздымалась, на лице мгновенно пронеслась целая гамма чувств, одним из которых было искреннее недоумение. И восторг...

- Жан... - после недолгого молчания, хрипловатым голосом прошептала Мергерит. - После смерти мужа вы мне стали надежной опорой и настоящим другом. А сейчас... - она слегка запнулась. - Сейчас...

- Моя госпожа...

- Нет! Молчите... - герцогиня пылко остановила меня. - Я... я догадывалась... я знала, но не могла ответить вашим чувствам... - подрагивающей рукой она провела по моей щеке и сразу отдернула ее назад.

Отдернула, потому что в дверь будуара легонько постучали, а потом голосом статс-дамы сообщили, что в резиденцию прибыл с визитом кардинал де Бургонь.

Глаза Мергерит полыхнули огнем, мне даже показалось, что она сейчас прикажет казнить статс-даму вместе с кардиналом заодно, но ее голос прозвучал спокойно.

- Проводите его высокопреосвященство ко мне в кабинет, - приказала она Анне, а потом обернувшись ко мне и виноватой улыбкой попросила: - Жан, вы присоединитесь к нам за ужином, а пока я вынуждена оставить вас. Вам приготовили покои подле моих, пожалуйста, проинспектируйте их...

- Мегг... - я сделав шаг вперед взял ее руки в свои и по очереди поцеловал. - Я же говорил, ваши желания для мен закон...

Герцогиня вздрогнула, даже показалось, что сейчас бросится мне на шею, но она сдержалась и почти бегом выскочила из будуара.

- M-da... - буркнул я на великом и могучем, оставшись один. - Sovsem deffka zastojalasja. Neladno...

Но развить тему не получилось, в будуар наведался майордом и с поклоном предложил осмотреть покои, отведенные для кавалера, гранд-камергера, барона и просто хорошего человека Жана ван Гуттена. Шучу... про хорошего человека он не упоминал, не по этикету, но усердием и почтительностью просто светился. Сверх меры. Неужто уже в фавориты записали? Это зря любезные, хотя, черт возьми, Маргаритка на чудо хороша и волнует меня нешуточно. Даже не упомню, кто меня так за сердце брал.