И значит, все остальное не имеет значения, раз я продолжал свою работу».
– Никогда не думал, что можно что-то узнать из популярной песенки, – произнес Вик. – И ошибался.
До Рэгла неожиданно дошло, что он не корпит в своей комнате над очередным заданием, а значит, завтра их всех могут стереть с лица земли.
«Теперь понятно, почему Тед, водитель, так умолял меня. Почему «Таймс» дал мою фотографию как человека года».
– Я вспомнил. – Рэгл остановился. – В ту ночь. У Кессельманов. Там была фотография моего алюминиевого завода.
– Мы можем вернуться, – сказал Вик. – Мы обязаны вернуться. Ты, во всяком случае. Им требовалось, чтобы с тобой кто-то был, для естественности. Они взяли Марго, меня, Билла Блэка. Помнишь, я искал в ванной шнур от выключателя? Это был условный рефлекс. Наверное, здесь у них шнуры. Во всяком случае, мой выключатель работал от шнура. И когда мои продавцы отреагировали как одна группа… Наверное, здесь они работали в каком-нибудь магазине. Может, даже в овощном отделе. Все то же самое, только сорок лет спустя.
Впереди показались огни.
– Попробуем зайти.
Рэгл ускорил шаги. Он все еще хранил карточку Теда, водителя. Скорее всего с номером военной полиции. Снова назад… Но почему?
– Почему я должен возвращаться? – спросил Рэгл. – Почему я не могу заниматься этим здесь? Почему я должен жить там, воображая, что это тысяча девятьсот пятьдесят девятый год и я разгадываю газетный конкурс?
– Спроси кого-нибудь другого, – сказал Вик. – Я не знаю.
Огни постепенно превращались в слова. Цветная неоновая вывеска извещала: «Западная аптека».
– Аптека, – прочел Вик. – Отсюда можно позвонить.
Они вошли в крошечную, уютную и ярко освещенную комнату с полочками и витринами. Ни посетителей, ни служащих не было, и Рэгл осмотрелся в поисках телефона. А может, телефонов уже нет, подумал он.
– Чем могу помочь? – раздался женский голос.
– Нам надо позвонить, – ответил Рэгл. – Очень срочно.
– Будет хорошо, если вы заодно покажете, как обращаться с аппаратом, – попросил Вик. – А еще лучше – наберете нам номер.
– Ну конечно, – сказала аптекарша, выскальзывая из-за стойки в белоснежном халате. Она улыбнулась им, женщина средних лет в туфлях на низком каблуке. – Добрый вечер, мистер Гамм.
Он узнал ее.
Миссис Кейтелбайн.
Кивнув Рэглу, миссис Кейтелбайн прошла мимо него к двери, закрыла ее и опустила шторы. Только после этого она повернулась к Рэглу:
– Какой номер?
Он дал ей карточку.
– О, понятно! Это армейский коммутатор в Денвере. И внутренний шестьдесят два. Скорее всего, – миссис Кейтелбайн нахмурилась, – кто-то из противоракетной обороны. Если вы их застанете в это время, значит, они просто там живут. Как будто от этого что-то зависит. – Она вернула карточку Рэглу. – Много вспомнили?
– Довольно много, – ответил Рэгл.






