ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Известный читателям прежде всего как автор научной фантастики, Филип К. Дик (1928–1982) в то же время является писателем, который вывел на первый план своих произведений проблемы гуманизма и одиноч... Убик Филип Киндред Дик Philip K. Dick UBIK © 1969, Philip K. Dick. Copyright renewed © 1997, Laura Coelho, Christopher Dick, Isolde Hackett. All rights reserved THE THREE STIGMATA OF PALMER ELDRITCH © 1964, Philip K. Dick. Copyright renewed © 1992, Laura Coelho, Christopher Dick and Isa Hackett. All rights reserved TIME OUT OF JOINT © 1959, Philip K. Dick. Copyright renewed © 1987, Laura Coelho, Christopher Dick and Isa Dick. All rights reserved © М. Гутов, К. Плешков, перевод на русский язык, 2016 © Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Э», 2016 * * * Ранситер уже отошел ото сна; подперев подбородок ладонью, он мрачно курил, выпуская дым на сканер видеофона. – Вы уверены, что это был действительно Мелипон? Никто ведь толком не знает, как он выглядит. Думаю, не реже чем раз в месяц он изменяет внешность. Поле замерили? – Да, мы направили к мотелю Джо Чипа. Он снял напряженность поля. По максимуму получилось 68,2 БЛР телепатической ауры. Такое под силу только Мелипону. Мы тут же выставили на карте его опознавательный значок. А теперь он, то есть значок, исчез. – Может, упал на пол? Свалился за карту? – Нет, он просто погас. Человека, которого он представляет, нет на Земле и, насколько мы можем судить, в зоне колоний тоже. – Я посоветуюсь со своей умершей женой, – сказал Ранситер. – Сейчас ночь. В такое время все мораториумы закрыты. – Только не в Швейцарии. – Лицо Ранситера исказила усмешка, словно какой-то отвратительный ночной флюид попал в его немолодое горло. – До свидания. Владелец Мораториума Возлюбленных Собратьев Герберт Шонхайт фон Фогельзанг, как всегда, пришел на работу раньше своих сотрудников, когда холодное, наполненное гулким эхом здание

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я никогда так не умел. Наверное, за всю жизнь не нашел и цента.

– А я могу, – сказал Рэгл Гамм. – Я могу вычислить, я знаю, как это сделать.

Вечером на диване отец рассказывал о Второй мировой войне, как он воевал на Тихоокеанском театре. Мать мыла посуду на кухне. Спокойствие родного дома…

– Что ты сделаешь со своим долларом? – спросил отец.

– Куда-нибудь вложу, – ответил Рэгл Гамм. – Чтобы получить больше.

– Крупное дело? Не забудь о налогах на корпорации.

– У меня много останется, – сказал Рэгл уверенно и откинулся на спинку дивана на манер отца: руки за головой, локти расставлены в стороны.

Он перебирал в памяти счастливейшие моменты своей жизни.

– Но почему такая неточность с «Такером»? – спросил он миссис Кейтелбайн. – Это дьявольская машина, но…

– Вы как-то на ней ездили.

– Да. По крайней мере, мне так кажется. Еще ребенком. – Он вдруг почти физически ощутил эту машину. – В Лос-Анджелесе, – сказал Рэгл, – у друга отца была одна из моделей.

– Ну вот и объяснение.

– Но ведь их так и не пустили в серийное производство. Все осталось на уровне экспериментальных образцов.

– Машина была нужна вам. И для вас ее сделали.

– А «Хижина дяди Тома»? – спросил Рэгл, хотя в свое время ему показалось совершенно естественным, что Вик принес эту брошюру из клуба «Книга месяца». – Она же была написана за целое столетие до меня! Поистине древняя вещь!

Миссис Кейтелбайн протянула ему журнал.

– Детская доверчивость, – сказала она. – Постарайтесь вспомнить.

В журнальной статье упоминалась и эта книга. Теперь он вспомнил, что у него действительно была такая и он перечитывал ее снова и снова. Тисненый черно-желтый переплет, иллюстрации углем, увлекательные, как сама история. Он даже ощутил книгу в руках, ее вес, шершавый, запыленный картон и бумагу, вспомнил, как он прятался в тишину и тень двора, уткнувшись в текст. На ночь он забирал книгу в свою комнату, а утром снова перечитывал. В ней была стабильность, она не менялась. Книга давала ощущение определенности. Он чувствовал, что на нее можно положиться, там все останется так, как было вчера. Даже карандашные пометки на первой странице, где он нацарапал свои инициалы.

– Все было сделано в соответствии с вашими запросами, – сказала миссис Кейтелбайн. – Воссоздали все, что вам требовалось для ощущения безопасности и комфорта. Стоило ли придерживаться ненужной точности? Если «Хижина дяди Тома» занимала так много места в вашем детстве, ее просто включили в список.

Как в мечте, подумал Рэгл. Сохранили все хорошее. Исключили неприятное.

– Все карты могло спутать радио, и радиоприемники просто убрали, – сказала миссис Кейтелбайн. – Во всяком случае, должны были убрать.

А ведь такая привычная вещь, подумал Рэгл.