ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Приключения Александра продолжаются. Беглецы Владимир Геннадьевич Поселягин Пролог Москва. Кабинет Сталина. 26 июня по миру СССР. 24 по миру Александра. 18 часов, 15 минут. — Прорыв танковых частей под Кобрином успели локализовать используя три засадных гаубичных дивизиона. Корректировщики очень хорошо поработали, как и группы минеров. Передовые части немцев фактически уничтожены, но и у нас большие потери, сказывается слабая подготовка бойцов и командиров, — докладывал маршал Шапошников. — А ведь там собраны наши лучшие бойцы, — с легкой горечью произнес Сталин. — Это так, но за последние четыре дня действия наших засадных групп становятся все лучше и лучше. Многие бойцы уже прошли через первый бой, и сейчас понемногу осваиваются. — Хорошо, продолжайте, что там у Кобрина? — На данный момент вторые эшелоны немецких войск заняли город. На сутки раньше, чем мы планировали. Все-таки, несмотря на то, что они фактически лишены связи, а мы нет, не дает такого сильного преимущества на которое мы рассчитывали. Слишком большая разница у нас в подготовке войск, — вынужден был признать очевидную вещь, маршал. — Я знаю об этой проблеме, именно поэтому Ставкой и было принято решение вывести войска на старую линию УРов. Бойцы, прошедшие горнило приграничных боев, станут костяком в воевавших частях, и поделятся своим опытом с другими необстрелянными бойцами, — сказал Сталин. Маршал об этом знал, поэтому только кивнул в ответ, продолжив: — Два гаубичных дивизиона успели выйти на другое место сосредоточения, к сожалению, насчет третьего я ничего сказать не могу, связь с ним оборвалась. Последнее радиосообщение было, что они ведут бой с парашютистами. Посланная на помощь усиленная мотогруппа нарвалась на прорвавшийся моторизованный полк противника, и отступила, понеся потери. Группы минеров, так же вышли в не полном состав

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Награждение посмертно?

— Нет, товарищ Сталин, воспользовавшись паникой под прикрытием своей группы сержант, теперь уже младший лейтенант Мюллер смог уйти.

— Оставьте папку, я позже изучу ее. Что вы можете сказать о Демине по своему личному мнению?

— Как я уже говорил, вас он знает лично, у меня создалось такое впечатление. Мы пока не выяснили кто он, но пытаемся.

— Как командир, как он?

— Командир хороший, это можно судить по его группировке. Но как военный он полный ноль. Даже азы любого командирского училище для него откровение. Как сообщил мне один из наблюдателей из комиссии, как-то отдав странный приказ, на отход с хорошо укрепленной высоты, он искренне удивился, что это делать нельзя, мол, мы потеряем преимущество. Когда ему вручили новый пехотный устав, он в течение часа изучил его, и назвал макулатурой. Хоть и читал не без интереса. В общем, все эти его необычные приказы и управление войсками, как оказалось ответ на это до удивления прост. Он просто не умел, да и не знал как воевать по-другому. Однако именно эта тактика и необычные решения, просто выдуманные им на ходу, и привели его к победам. Да и штаб, которые перерабатывали его приказы во все относительно работоспособное, тоже неплохо поработали. Демин тоже не дурак, и свои способности осознает вполне очевидно. Он понимает, что если бы командовал сам, то группировка недолго бы просуществовала, поэтому то и был создан им оперативный штаб под командованием Иванова. Прослойка, можно так сказать, между командиром и бойцами. Симбиот штаба и Демина, вот как это можно назвать, причем очень работоспособный симбиот.

— А что с той высотой? — поинтересовался Берия.

— Высота? Все оказалось, как обычно, гениально просто. Окопы на высоте заминированы, как только немцы начали занимать позиции, последовал удар с флангов, и одновременный подрыв высоты. В окружение попало два батальона, да пара рот оказалось под действием мин. Они тогда потеряли около роты, немцы полк. В общем, интересная система обороны.

— Хорошо, товарищ Мартынов, вы можете быть свободны.

Как только комиссар вышел, Сталин поинтересовался у Берии:

— Что удалось выяснить по этому Демину?

Чуть помедлив, нарком честно ответил:

— Ничего.

— Что можете сказать по этому поводу? — нахмурив брови, поинтересовался Сталин. Ему не понравился ответ.

— Наши специалисты осмотрели удостоверения и карточку-пропуск. По первым: выданы они все хоть и в разные дни, но только через две недели. В августе. То есть должны были их выдать. Дальше. Неизвестный материал и составление. Если удостоверения стандартные, то неизвестно какой аппаратурой нанесены рисунки и это непонятная картинка с символикой СССР. Специалисты в недоумении. По их словам, это очень трудно сделать.

— Но возможно? — уточнил Сталин.