— Спорный тезис, — не согласился я, — часто бывают и объективные причины.
— Объективные причины, часто лишь середина цепочки, и смотреть глубже люди просто не хотят. — Снисходительно улыбнулся Раздолбай. — Тебя бросила девушка? Разлюбила? Полюбила другого? Ты не виноват? А может, ты просто не интересовался тем, что ей нужно для счастья? Ты ей давал деньги и золотую клетку, а она хотела стихов и нежности. Или наоборот.
— А если она просто… к-хм… блудница.
— Все равно твоя вина. Ты либо сам себе лгал, считая ее другой, и сам виноват в результате. Ты не можешь дать ей счастье. Даже если это счастье для неё в постоянных изменах.
— Разве это правильно?
— А разве правильно доить волков, а с зайцем ходить на охоту? Есть парни бисексуалы, есть куколдеры, есть ещё сотни извращенцев, которые смогут дать ей счастье и быть счастливыми с ней сами. Так в чем ее вина, а не твоя? Только в том, что твоя мораль отличается от ее? Тогда посади ее в клетку, свяжи цепями, заставь розгами, полюбить тебя и твою мораль. А ещё лучше сожги ее, как ведьму и оставшуюся жизнь жалей себя. Ты же такой несчастный, а все вокруг тебя виноваты в твоих бедах.
— Сдаюсь. — Хмыкнул я, подняв руки — Я не настолько моралист.
— Знаю. — Усмехнулся Похвист. — Потому и выбрал тебя.
— Для чего?
— Потом все поймёшь. Сейчас рано. Ещё рано.
— Тогда почему ты пришёл сейчас?
— Так нужно. Иногда у людей есть вопросы, но нет ответов. Иногда, наоборот. Но чаще всего у людей нет ни того, ни другого. Я хочу, что бы ты начал задавать себе правильные вопросы и самостоятельно находить на них ответы.
— Какие вопросы, какие ответы? Ты толком сказать можешь?
— Не могу. Пока не могу.
— Тогда зачем все это? И почему я? Вот к чему мне такое счастье? — Я помахал медальоном.
— А чем другие хуже или лучше тебя?
— Ну, может они хотят этого?
— Никто не хочет трудностей. На них идут лишь из-за награды. Мальчишка, мечтающий надеть плащ супермена, думает не о долге и спасении людей, а о поцелуе первой красавицы в классе. О миллионе комментариев в его блоге. О завидующем, лютой завистью, Петьке-хулигане. А взвалить на плечи долг и нести его, потому что больше некому, могут лишь единицы.
— Да я вроде бы не такой!
— Человек, знающий план здания, понимающий поведение огня в помещениях. Твои шансы выбраться из здания без ущерба были примерно 99 процентов. Но вместо этого, ты вытащил других. И ты знал, что стол накренился и угол изменился. Ты знал, что не долетишь до воды. И ты специально прижал детей к груди и падал плашмя. Ты давал им шанс выжить и не стать инвалидами.
— Я уже отжил свое, а они ещё дети. — Буркнул я.
— Всего пятеро из ста решили бы так. Десятеро ещё долго бы мучала совесть, что они не смогли решиться. Остальные разведут руками и скажут. А что я смог бы сделать? Я не бог.






