ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... О ПЕРЕВОДЕ Оригинальное название : Wings by Elizabeth Richards Элизабет Ричардс " Крылья " Серия : Black City #3 / Блэк Сити #3 Перевод: Светлана Дианова, Виктория Салосина Редактура: Виктория Салосина Вычитка: Виктория Салосина, Светлана Дианова Количество глав: 38 Переведено в рамках проекта Для бесплатного домашнего ознакомления. Релиз не для продажи. ЧАСТЬ 1 ПЛАЧЬ ФЕНИКСА 1 ЭДМУНД Янтарные Холмы, Штат «Горный Волк» 30 лет назад ЦЕРКОВНЫЕ КОЛОКОЛА ПРОЗВОНИЛИ ПОЛНОЧЬ, ознаменовав начало смены Ночного дозора. После наступления темноты на улицу никому нельзя. Да… в общем, выходить никто и не осмелится. Ночь для созданий, живущих за стеной. Тех, что скрываются в тени леса. Тех, кто сейчас наблюдает за мной. От шепота ветра, холодного как зимнее дыхание, меня пробирает озноб. Я поднимаю воротник шерстяного мундира, когда патрулирую Пограничную стену, окружающую наш лагерь. О чем я только думал, когда вызвался в патруль? Хотя очевидно же, что думал я о Кэтрин. Может быть теперь, когда я стал Дозорным, она перестанет видеть во мне Лучшего Друга Эдмунда и увидит во мне Мой Потенциальный Парень Эдмунд . Я удивился, что Гильдия позволила мне устроиться на работу — чаще берут охотников, а не восемнадцатилетних внуков городских священников — но я неплохо обращаюсь с оружием... эээ... с пневматическим оружием. Запросто могу застрелить крысу, попав твари в глаз, с тридцати ярдов. Я взвешиваю винтовку в руках. Потяжелее, но разницы особой нет. Где-то во мраке, за стеной, воет Люпин, и его вой эхом разносится в ночи. Я вздрагиваю. Я не особо обращаю внимание на их вой днем, когда солнце в зените и вокруг толпы народу, но все меняется с наступлением темноты. Нет, это точно была пло

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мне было больно от того, что родители держали этот секрет от меня, но я понимаю, почему они так поступили. Мой отец считался предателем государства, и было бы безопаснее для всех нас, ели бы он остался «мертвым», а мама продолжала работать на Пуриана Роуза, словно она была по-прежнему ему предана. Надо заметить, что вообще-то она была за сегрегацию, но в первую очередь мама была предана своей семье. Я поняла это, когда она призналась, что согласилась заразить Дарклингов, только потому, что Пуриан Роуз угрожал Полли и мне. Она всегда заключала только выгодные союзы. Прямо сейчас ей выгодно быть среди повстанцев.

— Шивон, мы не можем продолжать отмахиваться от этого. Её не вернуть, — говорит отец.

К моему удивлению, мама издает страдальческий всхлип и прижимается к отцу.

— Джонатан, я не могу, просто не могу, — всхлипывает мама.

Папа обнимает маму. Я ошеломлена её видом. Она выглядит такой сломленной. Только однажды мне довелось её такой увидеть. В тот день её отправили в тюрьму. Она не рассказала мне, что с ней там произошло, но слухами земля полнится: пытки, лишение сна, морение голодом, накачивание наркотиками — в общем, все, что должно сломать заключенного.

Дверь в конце помещения открывается и к ним выходит доктор Крейвен с планшетом в руке. Это высокий мужчина, средних лет с яркими, зелеными глазами и кудрявыми, бронзовыми волосами. На его длинном носу восседают очки, линзы которых в форме полумесяца. Поверх комбинезона бутылочного цвета, на нем надет белоснежный халат. Доктор Крейвен работал с моей мамой в Блэк Сити на протяжении двенадцати лет, занимая должность главы «Департамента Науки и Технология против Дарклингов». Он так же был нашим семейным доктором, почти двадцать лет. Именно он провел операцию по пересадки мне сердца.

И это доктор Крейвен создал С18, вирус «Разъяренных», который был разработан как оружие против Дарклингов. Поэтому он моя надежда на излечение. Папа, к счастью, не заболел, после того, как подвергся нападению зараженного Дарклинга, но я оказалась не так удачлива. Возможно, это связано с тем, что у меня сердца Дарклинга. В буквальном смысле. А может у папы просто был иммунитет. Не знаю, мы все еще пытаемся это выяснить.

— Привет, конфетка, — говорит доктор Крейвен.

Родители резко отстраняются друг от друга, и мама быстро вытирает слезы.

— Привет, доктор Крейвен, — говорю я, присаживаясь на край койки. — Давненько не виделись.

Он в ответ ухмыляется. С тех пор, как я появилась здесь, большую часть времени я провожу в больнице.

Мамин поясной пейджер пищит и она смотрит что там. Она поворачивается к папе.

— Это Командующий. Он хочет, чтобы я немедленно с ним связалась.