ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Прошли годы, но нисколько не потускнел блестящий ум Наставника, не утратил роковую силу и точность его удар. Эцио Аудиторе отправляется в эпическое путешествие, чтобы найти пропавшую библиотеку Аль... Откровения Оливер Боуден Oliver Bowden ASSASSIN’S CREED: REVELATIONS © И. Иванов, перевод, 2016 © Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2016 Издательство АЗБУКА® Путник взялся за древко стрелы. И хотя ее зазубренная головка пробила металл доспеха, острие лишь поцарапало кожу. Выдернув стрелу, путник отшвырнул ее в сторону. Тем временем на обрыве, по обе стороны от бритоголового капитана, появилось больше сотни вооруженных людей. Все они были одинаково одеты и стояли, держа на изготовку оружие. Их лица скрывались под шлемами, однако черные орлы на мундирах подсказывали путнику, что это за люди и чего от них ждать, если он окажется у них в плену. Как он мог попасться в столь простую ловушку? Должно быть, сказывается возраст. Ведь были приняты все меры предосторожности. Он присмотрелся к их оружию. Мечи и алебарды, сочетающие в себе пики и топоры. Путник отступил, готовый встретить противников, которые быстро спускались к нему, намереваясь окружить со всех сторон. Считая его своей добычей, они тем не менее не решались подойти ближе чем на длину алебарды. Путник чувствовал: даже при таком численном преимуществе они боятся. Ничего удивительного, слишком уж хорошо известна его репутация. Путник шевельнул руками, выдвинув два узких серых, смертельно опасных клинка. Внутренне собравшись, он отразил первый удар. Похоже, его надеялись взять живым. Затем нападавшие ринулись со всех сторон, угрожая алебардами и пытаясь повалить его на колени. Он резко повернулся, двумя точными движениями перерубил древки ближайших алебард и затем нашел одному из них лучшее применение – вогнал его в грудь владельца. Противники приближались. Путник успел вов

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Во Флоренции жила его первая и единственная настоящая любовь – Кристина Кальфуччи. Неужели прошло уже двенадцать лет с тех пор, как она и ее муж погибли от рук фанатичных приверженцев Савонаролы? А теперь – еще одна смерть, о которой Макиавелли рассказал ему с явной неохотой. Вероломная Катерина Сфорца. Если встреча с Кристиной была для Эцио благословением, встреча с Катериной оставила глубокий шрам в его душе. Никому не нужная старуха в сорок шесть лет, бедная и всеми забытая. По словам Макиавелли, в ней уже давно не осталось ни прежней жизненности, ни прежней уверенности.

Правда, подготовка к путешествию не оставляла времени для горестных размышлений. В сборах пролетали недели и месяцы. Незаметно наступило Рождество, а сделать еще по-прежнему предстояло немало.

И вот, вскоре после Нового года, ко Дню святого Иллариона

[2]

, Эцио завершил все приготовления. Он назначил день отъезда. Из Рима он отправится в Неаполь и дальше на юг, в город Бари, в сопровождении Бартоломео и его верных соратников.

В Бари Эцио рассчитывал сесть на корабль.

4

– Да хранит тебя Бог, брат, – сказала Клаудия в то последнее утро в Риме.

Оба встали еще затемно. Эцио решил выехать, как только рассветет.

– В мое отсутствие на тебя навалится столько дел.

– Ты во мне сомневаешься?

– Давно уже не сомневаюсь. А ты так и не простила меня за это?

Клаудия улыбнулась:

– В Африке живут большие звери, которых зовут слонами. Говорят, они ничего не забывают. Женщины в этом похожи на слонов. Но ты не беспокойся, Эцио. Я позабочусь обо всем, пока ты не вернешься.

– Или до тех пор, пока нам не придется избрать нового Наставника.

Клаудия не ответила. Ее лицо помрачнело.

– Я все думаю о твоей миссии. Почему ты едешь один? Почему я почти ничего не знаю о твоей цели?

– «Всех тот быстрее в путь идет, кто в путь идет один», – процитировал Эцио вместо ответа на первый вопрос. – Что касается моей цели… Я рассказал тебе про Масиаф. Кроме того, я оставил тебе отцовские документы. Если я не вернусь, открой их.

– У нас с тобой был один отец.

– Но эту ответственность он возложил на меня.

– Ты решил это за него, брат.

– Я – Наставник, – сказал Эцио, не найдя других доводов. – И это моя ответственность.

– Что ж, счастливого пути, – сказала Клаудия. – Пиши.

– Непременно. Во всяком случае, пока я еду до Бари, тебе не о чем беспокоиться. Барто и его люди – более чем надежная защита.

Но тревога не покидала лица Клаудии. Эцио это тронуло. Жизнь сделала его сестру сильной, суровой и даже жесткой женщиной, однако в ее сердце по-прежнему оставался уголок для нежно любимого брата.

Юг Италии находился под властью испанцев. Но король Фердинанд не забыл о своем долге перед Эцио.

– Обещаю тебе не ввязываться ни в какие стычки, – сказал он, прочитав мысли сестры.