- Да?
- Вчера, поняв, что ты уходишь, я не стал возражать - только затем, чтобы потом выследить тебя и найти мужчину, которого ты любишь.
- Проныра.
- Я знал, что он вряд ли согласится меньше чем за полмиллиарда, так что я решил ему заплатить и получить взамен нечто более ценное.
- Ты так говоришь... потому что я умираю...
-
НЕТ!
Ты не умираешь,
solnyshko.
Мы почти приехали в больницу. Я так говорю, потому что теперь всегда буду всё тебе говорить.
- Я видела нож... но в груди больше не болит.
И сразу же Максим надавил на рану сильнее. Крикнул на Василия, затем спросил меня:
- Учитывая, что с тобой случилось, как ты смогла не устроить скандал, когда я обвинил тебя в попытке меня заарканить беременностью?
- Первое правило. Не говорить... ничего и никому. Я носила маску... рада от неё избавиться.
- Ты собиралась уехать ещё на прошлой неделе, ведь так? Ты перенесла свой последний экзамен. Я вынудил тебя задержаться в Майями, а потом буквально втолкнул в его лапы. Ты должна была мне рассказать, довериться.
По телу распространялось онемение, но я ещё чувствовала, как его пальцы впиваются в моё плечо.
- Я бы мог позаботиться о нём ещё вчера, пока ты крепко спала.
Я поднесла к его лицу ладонь, нахмурившись, когда она бессильно упала. Я размазала по его щеке кровь.
- У меня сильно кружится голова.
Его глаза сверкали.
- Я знаю, но ты должна быть сильной, Katya. Ты не можешь меня бросить. - Временами всё его тело будто вздрагивало, словно и его тоже бил изнутри невидимый кулак. - Только ты ведь не Katya. Ты — Ана-Люсия.
- Просто Люсия.
Он судорожно выдохнул.
- Ты знаешь, что это имя означает...
свет
?
Свет. Солнце. Я была его солнцем, а он - моим русским. Ради меня он поймал пулю. И не заказывал Иванну. Он любит меня.
Максим прижался своим лбом к моему, баюкая меня на руках.
- Умоляю, не бросай меня, Люсия.
Должна ему сказать...
-
Te quiero tanto, Максим.
Я так тебя люблю.
В глазах снова затанцевали чёрные точки. Последнее, что я слышала, был его мучительный крик.
Глава 39
Пикающие звуки. Запах антисептика. Приглушённые голоса.
Сквозь плотный туман в голове я поняла, что нахожусь в больнице. Я слышала голоса Максима и ещё других.
Прошло, казалось, несколько дней, пока в мой мозг сквозь писк кардиомонитора начали добираться обрывки разговоров. За которые я и попыталась уцепиться.
В одном из них Алекс кричал на брата:
- Какого хрена мы узнаём обо всём от Василия?
Алекс и Натали здесь? Они прервали медовый месяц?
В другом Натали спрашивала Максима:
- Как твоя рана? Заживает?
- Спасибо Люсии. -
Он вне опасности, gracias a Dios.
- Этот хер ведь целился точно мне в лоб. -
И даже тогда Максим не остановился.
В ещё одном разговоре Максим описал им нашу ссору, завершив рассказ словами:
- Я один во всём виноват. Когда я только подумал, что она меня бросает ради другого...






