ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ничто не будет прежним как раньше для Братства Чёрного Кинжала. После предотвращения войны с Тенями были созданы альянсы и обострились военные конфликты. Убийцы из Общества Лессенинг сильны как ник... Зверь Дж. Р. Уорд Глава 1 Браунсвикская школа для девочек, Колдвелл, Нью-Йорк Муравьи под кожей. Рейдж переминался с ноги на ногу, чувствуя при этом, как кипела кровь в его венах, а пузырьки щекотали каждый гребаный дюйм его плоти. И это далеко не все. Мускулы по всему телу подрагивали в произвольном порядке, от спазмов дергались пальцы и колени, плечи сжались так, будто он готовился ударить по чему-то со всей дури. Он окинул взглядом неопрятное, заросшее поле перед собой в миллионный раз с тех пор, как материализовался на своей точке. В то время, когда Браунсвикская женская школа еще работала, поле представляло собой раскатистую лужайку, которую исправно косили весной и летом, листву убирали по осени, а зимой ее накрывала снежная простыня, словно с обложки детской книги. Сейчас лужайка превратилась в поле для тач-регби [1] , усеянное сучковатыми кустами, которые могли нанести паховой области нечто большее, чем эстетический ущерб; молодыми деревцами — уродливыми, бесформенными внуками более взрослых кленов и дубов — и поздне-октябрьской пожухшей травой, на которой без проблем расшибешься, если надумаешь бежать спринт. По аналогии, кирпичные здания, когда-то предоставлявшие уют привилегированным деткам местной элиты, без тщательного ухода старели весьма скверным образом: окна разбиты, двери прогнили, подкосившиеся ставни хлопали на холодном ветру, словно призраки не могли решить, чего они хотят: чтобы мир только слышал их, или еще и видел. Это был кампус из «Общества мертвых поэтов » [ 2] . Причем сразу по окончании съемок в 1988 году все упаковали вещички, и с тех пор сюда никто не заглядывал. Но помещения не пустовали. Рейдж сделал глубокий вдох, и рвотный рефлекс мгнов

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

На середине шага, и нога никогда не коснется земли… и это было самым главным сожалением в жизни каждого.

Просто ты узнаешь это лишь тогда, когда тебя настигнет смерть. И да, все вопросы, почему и как. Где и когда… окажутся чертовски неважными, когда ты покинешь земную жизнь.

Они теряли контакт, он и Мэри.

В последнее время… они теряли свою связь друг с другом.

Он не хотел уходить на такой ноте…

Белый свет стер все вокруг, охватил его целиком, украл его сознание.

К нему пришло Забвение. И ему оставалось только молиться, что его Мэри Мадонна сможет найти его на другой стороне.

Он столько всего должен ей сказать.

***

Вишес обрел форму посреди дворика из белого мрамора, над которым простиралось молочное небо, настолько яркое и необъятное, что ни фонтан в центре площадки, ни дерево с разноцветными щебечущими птицами в углу… ничто не отбрасывало тень.

Птицы молчали, все до единой, словно чувствовали его настроение.

— Мама! — его голос пронесся эхом, отскакивая от стен. — Где ты, черт подери!

Он пошел вперед, оставляя за собой след ярко-красной крови, и когда он остановился у двери в покои Девы-Летописецы, капли тихо падали с его локтя и ноги. Он постучал в дверь, снова позвав ее по имени, и брызги крови окрасили полированную панель как лак для ногтей, разлитый на пол.

— К черту все.

Врезавшись плечом в панель, он вломился в комнаты своей матери…. Чтобы застыть на месте. На кровати под простынями из белого шелка существо, сотворившее расу вампиров, а также давшее жизнь ему и его сестре, лежало, не шелохнувшись. У нее не было телесной формы. Просто трехмерный свет, который когда-то был ослепительно-ярким, как фотобомба, но сейчас напоминал старомодную масляную лампу с мутным абажуром.

— Ты должна спасти его. — Вишес пересек мраморный пол, смутно осознавая, что в комнате была одна кровать. — Проснись, черт возьми! Дорогой мне человек умирает, и ты должна помешать этому, черт подери!

Если бы у нее было тело, он бы схватил ее и заставил обратить на себя внимание. Но у нее не было рук, чтобы стащить ее с кровати, не было плеч, чтобы встряхнуть ее.

Он снова хотел закричать, когда в покоях слова пронеслись так, словно их пропустили через объемный звук

[16]

.

Чему быть, того не миновать

.

Словно это все объясняло. Словно он — капитальный олень, раз пришел беспокоить ее такими запросами. Словно тратил ее время впустую.

— Зачем ты вообще нас создала, если тебе плевать?

Что именно тебя тревожит? Его будущее или свое

?

— О чем ты, черт возьми? — А, да, он помнил, что не должен задавать ей вопросы, но нахрен все. — И что это должно значить?

Пояснение действительно необходимо

?

Стиснув зубы, Ви напомнил себе, что Рейдж превращался в зверя и умирал в своей второй ипостаси. Обмениваясь колкостями с любимой мамулей, он едва ли спасет друга.