ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ничто не будет прежним как раньше для Братства Чёрного Кинжала. После предотвращения войны с Тенями были созданы альянсы и обострились военные конфликты. Убийцы из Общества Лессенинг сильны как ник... Зверь Дж. Р. Уорд Глава 1 Браунсвикская школа для девочек, Колдвелл, Нью-Йорк Муравьи под кожей. Рейдж переминался с ноги на ногу, чувствуя при этом, как кипела кровь в его венах, а пузырьки щекотали каждый гребаный дюйм его плоти. И это далеко не все. Мускулы по всему телу подрагивали в произвольном порядке, от спазмов дергались пальцы и колени, плечи сжались так, будто он готовился ударить по чему-то со всей дури. Он окинул взглядом неопрятное, заросшее поле перед собой в миллионный раз с тех пор, как материализовался на своей точке. В то время, когда Браунсвикская женская школа еще работала, поле представляло собой раскатистую лужайку, которую исправно косили весной и летом, листву убирали по осени, а зимой ее накрывала снежная простыня, словно с обложки детской книги. Сейчас лужайка превратилась в поле для тач-регби [1] , усеянное сучковатыми кустами, которые могли нанести паховой области нечто большее, чем эстетический ущерб; молодыми деревцами — уродливыми, бесформенными внуками более взрослых кленов и дубов — и поздне-октябрьской пожухшей травой, на которой без проблем расшибешься, если надумаешь бежать спринт. По аналогии, кирпичные здания, когда-то предоставлявшие уют привилегированным деткам местной элиты, без тщательного ухода старели весьма скверным образом: окна разбиты, двери прогнили, подкосившиеся ставни хлопали на холодном ветру, словно призраки не могли решить, чего они хотят: чтобы мир только слышал их, или еще и видел. Это был кампус из «Общества мертвых поэтов » [ 2] . Причем сразу по окончании съемок в 1988 году все упаковали вещички, и с тех пор сюда никто не заглядывал. Но помещения не пустовали. Рейдж сделал глубокий вдох, и рвотный рефлекс мгнов

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Земля под ним накренилась, словно он был на качелях, разбегавшиеся лессеры, дерущиеся Братья, заросли кустов и деревья завертелись вокруг, пока его трясли в воздухе.

Монстрина собиралась подбросить его и заглотить. Он просто играл с едой.

Черт подери, Эссейл чувствовал себя вампирским аналогом куриного крылышка.

Нет времени. Он отпустил пистолет и потянулся к замку у горла. Благодаря дрожи в руках и мокрым, потным пальцам замок превратился в крошечную мышь, скользкую, как мрамор, иголку в стоге сена.

Ему больше помогла сама хватка зверя.

Когда зубы вцепились в заднюю сторону куртки, кожа не могла вынести тяжесть его веса, и он выпал из челюстей, приветствуя твердую землю. Перекатившись так, чтобы ничего не сломать, он приземлился бесформенной кучей.

Прямо на плечо.

Его тело зарегистрировало хруст, превращаясь в беспомощного младенца, дыхание вылетело из легких, зрение затуманилось. Но времени не было, если он хотел выжить. Вывернувшись, он…

Бамс, бамс, бамс… БУМ!

Его кузены появились из тьмы, они бежали так, словно их преследовали. Эрик разряжал два пистолета…а у Эвейла была огроменная винтовка на плече.

Вот что было «Бумом».

Воистину, это действительно была винтовка для слонов, громадная пушка, как из фильмов Раджа

[17]

. Эвейл, агрессивный ублюдок, питал болезненную любовь к «своей прелести».

Хвала богам за его нездоровые привязанности.

Сорокамиллиметровые пули не замедлили зверя ни на йоту, отскакивая от фиолетовой чешуи, словно горох от автомобиля. Но куча свинца из пушки оставила после себя рев боли и заставила зверя отшатнуться.

Это был единственный шанс Эссейла на спасение.

Закрывая глаза, он сосредоточился, собирался с мыслями…

Дематериализации не будет. Слишком много адреналина плюс избыток кокаина в крови плюс взрыв боли в плече.

И зверь снова бросился в атаку, нацеливаясь на Эссейла и посылая ему драконий эквивалент «пошел нахрен» в виде сокрушающего рёва…

Шквальный огонь раздался во второй раз, направленный в грудь зверя.

— Беги! — закричал Эрик, перезаряжая сороковые, заталкивая обоймы в пистолеты. — Поднимайся!

Эссейл с помощью целой руки оторвался от земли, ноги вернулись в строй с рвением, достойным восхищения. Прижимая раненую конечность к груди, он побежал, что было сил, остатки куртки болтались на его торсе, живот скручивало, а сердце гулко билось в груди.

БУМ!

Куда-нибудь, куда угодно… ему нужно свалить к чертям собачьим из радиуса поражения… и быстро. Очень плохо, что тело его не слушалось. Хотя мозг криком приказывал ускориться, он мог лишь хромать, как зомби…

Кто-то подхватил его со спины, оторвал от земли и закинул на плечо, как мешок с картошкой.