Да ладно, дракона же не обучали оказанию скорой помощи… тем более не учили кардиохирургии.
Но она не остановилась.
— Помоги мне, — прошептала она зверю. — Прошу… исправь это, помоги ему, спаси его… спаси его и тем самым ты спасешь себя.
Она не могла просто позволить ему умереть. Не имело значение, что их ждала вечность из-за того, что Дева-Летописеца даровала им, им не придется беспокоиться о разлуке. Она попытается спасти его.
Помогая ей, братья снова уложили Рейджа на спину, и слезы Мэри закапали на грудь ее супруга, когда она переместила руки на обманчиво-маленькую рану примерно в дюйме справа от его грудины
[24]
.
Боже, казалось, что рана была размером с могилу.
— Исправь это… как-нибудь, прошу… умоляю…
Татуировка осталась там, где она остановила руки.
— Исправь это…
Время замедлилось до черепашьей скорости, и сквозь слезы в глазах Мэри смотрела на грудь Рейджа в ожидании чуда. Шли минуты, и ее унесло в искаженную реальность, где она чувствовала скорее нервозность, чем полноценную панику. Эта плоскость не угнетала и была в два раза больше их галактики, и Мэри могла думать лишь о том, что Рейдж сказал о часах, которые провел возле ее койки в человеческой больнице: зная, что она умрет, неспособный никак повлиять на это, заблудившийся, хотя он знал точный адрес своего местонахождения.
Словно гравитация потеряла власть надо мной
, сказал он тогда,
но одновременно продолжала давить. А потом ты закроешь глаза, а мое сердце остановится. Я мог думать лишь о том, что ты навсегда останешься такой. И одно я знал точно: что я никогда уже не буду прежним, все станет хуже… потому что я буду скучать по тебе, и никто никогда не займет твое место.
Но потом пришла Дева-Летописеца и все изменила.
И, тем не менее, вот она, Мэри… борется за его жизнь.
По причине… когда она сосредоточилась на вопросе… по неправильной, чертовски несправедливой, и она не могла повилять на это.
Сначала она не уловила вспышку тепла в путанице чувств. На переднем плане ее разума было столько всего, а смена температуры была едва ощутима. Но потом стало невозможно игнорировать жар.
Проморгавшись, она, хмурясь, уставилась на свои ладони.
Она не осмелилась убирать руки, чтобы посмотреть, что происходило под ними.
— Рейдж? Рейдж… ты останешься с нами?
Жар мгновенно стал таким сильным, что проходил мимо ее рук, согревая воздух, который она вдыхала, склонившись над своим супругом. А потом она ощутила толчок, словно зверь под кожей перекатывался…
Без предупреждения Рейдж раскрыл рот, пытаясь сделать огромный вдох, торс оторвался от земли, отбрасывая ее назад, заставляя сесть на задницу.






